Итак,
примордиализм рассматривает этничность как некую объективную данность, как
надсубъективную характеристику индивида, обусловленной либо историческим
развитием, либо биологической эволюцией.
1.5
Конструктивистский подход к определению этничности
Конструктивистское
направление в этнологии зародилось позднее примордиализма. Широкое
распространение конструктивизма связывается именем Эрнста Геллнера.
Суть этого
направления в изучении этничности заключается в том, что этническое сообщество,
возникающее на основе дифференциации этнокультур, существует, базируясь на
различных доктринах и представлениях, имеющих место в той или иной
этнокультуре. В свою очередь, доктрины «изобретаются» интеллектуальной элитой
этноса – писателями, учёными, художниками политиками. Таким образом,
получается, что этнос есть не что иное как интеллектуальный конструкт элиты.
Далее, этот конструкт (этничность) транслируется на потенциальных
представителей этноса при помощи различных средств имеющих возможность
воздействовать на сознание членов общности (СМИ, книги, фильмы, выставки и
т.д.). То есть, помимо того, что этничность есть вымышленный интеллектуальный
конструкт, он суть «навязанная» социальность. Причём, эту социальность часто
используют различные лидеры для «этнической мобилизации» населения. Подобных
индивидов, использующих этничность для достижения личных выгод, называют
«этническими предпринимателями», которые являются центральной категорией,
используемой одним из ответвлений конструктивизма – инструментализмом.
В учебнике
«Этносоциология» инструментализм выделяется в отдельное направление,
существующее наряду с конструктивизмом и примордиализмом, что на взгляд автора
не совсем корректно по следующей причине.
Различие
между конструктивизмом и примордиализмом проводится на основе различного
понимания этничности. Если в примордиализме этничность примордиальна,
объективно задана, то в конструктивизме она есть интеллектуальный конструкт. В
инструментализме же этнос рассматривается как общность индивидов имеющих
одинаковые интересы, и использующих этничность для достижения этих интересов.
Таким образом, реальная основа для объединения индивидов не этничность, а какие
либо интересы (экономические, политические и т.д.), а этничность есть
конструкт, используемый для достижения этих целей, являющих собой
удовлетворение интересов. Длительное существование этнической общности
объясняется тем, что помимо общих интересов членов общности удерживает этничность,
которая позволяет преодолеть отчуждённость свойственную современному обществу.
Наиболее
часто упоминаемыми учёными, работающими в русле конструктивизма, являются Эрнст
Геллнер, Бенедикт Андерсон, Эрик Хобсбаум в западной традиции, и В.А. Тишков в
отечественной.
Э. Геллнер –
учёный, заявивший о том, что он создал универсальную концепцию нации и
национализма. Свои взгляды на проблему этничности он сводит к объяснению
политики национализма. Его интересуют нации, существующие в индустриальном
обществе. Таким образом, феномен этничности отходит на второй план и речь в его
работах идет в большей степени о нации-гражданстве.
Говоря о
нации, Геллнер постоянно оговаривается, что этот феномен существует в рамках
индустриально развитых обществ, и является продуктом политики национализма
(идеология, существующая как государственный принцип, требующий, чтобы
политические и этнические границы совпадали, а также, чтобы управляющие и
большинство управляемых внутри данной политической единицы принадлежали к
одному этносу).
Если
рассматривать нацию в социокультурном аспекте, тогда идея нации будет воплощена
в двух положениях, выдвинутыми Эрнстом Геллнером:
«1. Два
человека принадлежат к одной нации лишь только в том случае, если их объединяет
одна культура, которая в свою очередь понимается как система идей, условных
знаков, связей, способов поведения и общения.
2. Два
человека принадлежат к одной нации лишь только в том случае, если они признают
принадлежность друг друга к этой нации. Иными словами, нации делает человек;
нации - это продукт человеческих убеждений, пристрастий и наклонностей. Обычная
группа людей становится нацией, если и когда члены этой группы признают общие
права и обязанности по отношению друг к другу в силу объединяющего их членства.
Именно взаимное признание такого объединения и превращает их в нацию, а не
другие общие качества какими бы они ни были, которые отделяют эту группу от
всех, стоящих вне её.»
Помимо этих
двух аспектов конструктивистами рассматривается тесная связь нации и
государства.
Индустриальное
общество требует постоянного роста. Ему необходимы образованные и квалифицированные
специалисты. Именно в индустриальном обществе грамотность стала доступной всем.
Исходя из этих причин, грамотность и образованность индивида становится
государственными приоритетами. Таким образом, государство начинает оберегать
образование. Так и происходит слияние двух сфер жизни индивида, которые в
аграрном обществе были отделены друг от друга, а именно – культуры и
государства. Что логично сказывается на существовании культурно-исторических
общностей – этносов. Появляется нация – сообщество индивидов, которых помимо
общей культуры, взаимоодобрения связывает ещё и общее гражданство. Таким
образом, нация интерпретируется конструктивизмом больше как политическая
категория. Т.е. нация сродни гражданству. Но поскольку гражданская принадлежность
целиком и полностью зависит от субъективной воли и желания индивида, постольку
и нация интерпретируется как некий воображаемый конструкт. Как результат
интеллектуальных усилий творческой и интеллектуальной элиты общества.
Кроме того, у
некоторых авторов (Бенедикт Андерсон) нация рассматривается «как культурный
артефакт особого рода», и чтобы понять его, необходимо тщательно рассмотреть
обстоятельства его исторического возникновения, изменение его значений в
течение времени и причины его влияния в наше время. Однажды созданные, эти
артефакты стали своеобразными моделями, которые могли быть трансформированы, с
различной степенью осознания, в многообразные социальные контексты, сливаясь со
столь же многообразными политическими и идеологическими факторами.
Андерсон
предлагает следующее определение нации: «нация – это воображаемая политическая
общность, причём воображаемая как необходимо ограниченная и суверенная».
Андерсон считает, что любая общность, если она не основана на непосредственных
межличностных контактах, воображаема, и что разные общности подобного рода
различаются способами, которыми они воображаются.
Отличительная
особенность нации от других общностей заключается в том, что она воображается
как ограниченная и суверенная.
Нация
воображается как ограниченная, потому что большинство членов нации окружено,
возможно, миллионами, живых людей, разделёнными границами, на расстояние, где
живут другие нации. Нет нации воображающей себя равной с человечеством в целом.
Нация
воображается как суверенная, т.к. эта категория (суверенитет) появилась на свет
когда Просвещение и Революция уничтожают законность божественно установленного,
иерархического королевства. Наступает зрелая стадия человеческой истории, когда
равное большинство набожных приверженцев различных мировых религий неизбежно
находились лицом к лицу с набирающим силу плюрализмом этих же религий, и
«алломорфизм» между каждым религиозным онтологическим утверждением и
территориальным пространством. Нации мечтают о свободе, и если под Богом, пусть
так. Масштаб и символ этой свободы – суверенное государство.
Наконец,
нации воображаются как общности, потому что, не смотря на реальное неравенство
и эксплуатацию в рамках этих общностей, понятие «нации» включает в себя
представление о глубоком «горизонтальном товариществе».
Эрик Хобсбаум
в книге «Нации и национализм с 1780г.» попытался дать историческую
ретроспективу политики национализма. В результате, он приходит к выводу, что
национализм суть явление Нового времени. Границы нации постоянно меняются,
поскольку наряду с политическим аспектом в формирование нации вмешивается ещё и
экономический. При этом национализм для Хобсбаума – это «народное чувство и
движение, но это и деятельность государств и правящих элит. Нация появляется в
современную эпоху, но предшествуют ей протонация и свойственный ей
протонационализм».
Если не
единственный, то, видимо, самый активный сторонник конструктивизма в России,
В.А. Тишков, понимает этнос как группу индивидов, которой свойственно общее
название, элементы культуры, общее происхождение и историческая память, чувство
солидарности; и представляют собой продукт процесса нациестроительства.
Как верно
отмечается в учебном пособии Ю.В. Арутюняна, Л.М. Дробижевой и А.А. Сусоклова,
для наиболее адекватного изучения феномена этничности учёному необходимо
придерживаться «золотой середины», то есть, назрела реальная необходимость
интеграции обоих подходов.
2 Этническое сознание: социально-философский
аспект анализа
Основная задача этой главы состоит в раскрытии места и роли
социально-философского подхода к изучению этнического сознания.
Существует разрыв между философией, с одной стороны, и
этнологическими дисциплинами, сдругой. Так, при анализе предметных связей
этнологии с другими науками её представители последовательно разбирают такие пары,
как «этнология и социология», «этнология и культурология», «этнология и
этнография», «этнология и психология», но при этом практически нет анализа
взаимосвязей философии и этнологии[19]. Но и со стороны
философии нет встречного движения. Феномен этнического сознания и самосознания
практически не исследуется в философской литературе (достаточно просмотреть
подшивку «Вопросов философии» за последние 10 лет, чтобы наглядно в этом
убедиться).
Указанный разрыв можно объяснить следующими причинами. Философия
призвана интегрировать, а отдельные науки дифференцировать знание в
определённой области социального познания, поэтому в их целях, задачах и
функциях всегда есть определённое противоречие. Так, аналитическая философия и
этнолингвистика одинаково возвышают проблему языка в культуре, однако между
работами Л. Витгенштейна и В. Гумбольдта дистанция огромного размера, хотя те
же Э. Сепир и Б. Уорф с их гипотезой языковой относительности признаны как в
том, так и другом научных сообществах. К тому же этнополитология,
этносоциология, этнолингвистика ещё не вполне сложились[20],
и потому на данный момент времени не могут представить достаточный уровень обобщения
своей предметной области для последующей философской проработки.
Политическая и социальная философия (равно этнополитология и
этносоциология) большое внимание уделяют таким феноменам, как идеология
национализма. Это означает, что движение навстречу друг другу есть, но оно пока
по большей части носит бессознательный характер, а значит, настоятельно требует
соответствующей рефлексии.
Философия – полисемантическая форма социального знания и познания,
поэтому место и роль философии в анализе этнического сознания заключается в
интегративно-целостном подходе, дополняющем и преодолевающем узкопрофильное
изучение этнического сознания со стороны различных этнологических дисциплин. И
хотя сама философия полисемична, а её многочисленные школы и направления выстраивают
свои особенные схемы сознания и сознательной деятельности, тем не менее, в
целом она оказывает теоретико-методологическое воздействие на все отдельные
уровни социально-гуманитарного знания.
Этнологическая теория с середины XIX в. по настоящее время прошла
ряд этапов в своём развитии – эволюционизм (Г. Спенсер, Э. Тайлор, Д. Фрэзер,
Ш. Летурно, Л.Г. Морган и др.), диффузионизм (Ф. Ратцель, Л. Фробениус, Ф.
Гребнер, У. Риверс и др.), социологическая школа (Э. Дюркгейм, Л. ЛевиБрюль, М.
Мосс, К. Леви-Строс и др.), функционализм (Р. Турнвальд, Б. Малиновский, А.
Радклифф-Браун и др.), историческая школа (Ф. Боас, А. Кребер, Л. Уайт и др.),
этнопсихологическая школа (Р. Бенедикт, М. Мид, А. Кардинер и др.),
структурализм (Э. Эванс-Притчард, К. Леви-Строс, Ф. де Соссюр и др.),
культурный релятивизм (М. Херсковиц, Р. Бенедикт и др.), неоэволюционизм (Л.
Уайт, Д. Стюарт, М. Харрисидр.). Сегодня на базеэтих направлений формируются
новые школы и создаются новые концепции. Например, М. Годельс и К. Мелиссо развили
в этнологии некоторые положения историческогоатериализма, а К. Гирц и Р. Тернер
основали герменевтическое направление исследований (роль символов и социальной
коммуникации, их мировоззренческая, ценностная и нравственная значимость в
современных культурах). Научные исследования всё больше концентрируются вокруг
социально значимых проблем, а для их решения используются целые наборы уже
существующих концепций и отработанных методик исследования. В этих условиях
непосредственное восприятие начинает преобладать над рациональным
конструированием, законченная логическая схема уступает место эклектизму и
мозаичности. Подобная постмодернистская установка, несомненно, созвучна реалиям
сосуществования современных этнокультурных единиц и направлена, в первую очередь,
на изучение бессознательных механизмов функционирования этнического сознания.
Однако подобный мировоззренческий и методологический «плюрализм» явно
односторонен, и философии потребуется привлечь всё своё накопленное богатство,
чтобы не растерять свои традиционные функции.
Философия и этнология двигаются при анализе этнического сознания
как бы с противоположных сторон, но навстречу друг другу. Философию интересует,
прежде всего, «сознание» (этос, квинтэссенция духовной культуры), а этнологию –
этнос: этносоциологию – социальная структура этноса, этнопсихологию –
менталитет, национальный характер и «базовая личность», этнополитологию –
субъектная база этнического сознания. При этом философия в лице герменевтики,
феноменологии или диалектики задаёт общие параметры анализа сознания, а
этнология – специализирует этот анализ: например, уточняет, сознание как
сознание целого народа и на каком этапе его развития надо изучать в данном
случае. Психология исходит из индивидуального сознания, социальная психология оперирует
понятиями «массовое сознание» или «групповое сознание», а философия пытается
выявить природу любого сознания и объединить в объяснительную теорию данные различных
наук.
Методологическое значение философии в отношении этнологических
наук проявляется в следующем. Знания, получаемые в рамках этнографии,
этнодемографии, этнолингвистики и т.д., именно на философском уровне приходится
обобщать и сводить воедино в целях выработки целостного и всестороннего взгляда
на природу, структуру и генезис этнического сознания. При этом появляется новый
угол зрения, или – новое знание, которое выступает своеобразным методом для
получения новых знаний в рамках этнологических наук.
Возьмём для примера одну из центральных этнологических проблем –
проблему этнической идентичности.
В этнологических построениях можно выделить три альтернативные
точки зрения на характер этничности: примордиализм, инструментализм и
конструктивизм. Согласно первому (К. Гирц, Ю.В. Бромлей, П. ван ден Берге, Л.Н.
Гумилёв и др.), этничность – это врождённое свойство человека и имеет своё
основание в природе (концепты «непотизма», «реципрокности», «пассионарности»
ит.п.) или в обществе (единство «крови и почвы» у И.Г. Гердера и т.д.).
Согласно второму (Э. Смит, В.А. Тишков, Н. Глезер и др.), этничность – не более
чем инструмент, используемый элитой для укрепления своего господства и влияния
(«средство в коллективном стремлении к материальному преимуществу»[21]
и др.). Согласно третьему (Б. Андерсен, Э. Геллнер, Э. Хобсбаум и др.),
этничность – это всего лишь идеологический конструктор, целенаправленно
создаваемый писателями, учёными и политиками в результате социального познания,
выявления этнического своеобразия того или иного народа.
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5
|