Итак,
дзэн самым серьезным образом настаивает на необходимости внутреннего духовного
опыта. Он не придает большогозначения священным сутрам или их толкованиям
мудрецами и учеными. Личный опыт прямо противопоставляется авторитетам и
внешнему откровению, а самым практическим методом достижения духовного
просветления последователи дзэна считают практику дхьяна, называемой в Японии
«дзадзэн» («дза» означает «сидеть», а «дзадзэн» можно, в общем, перевести как
«сидеть в медитации».
Здесь
необходимо сказать несколько слов в отношении той тренировки, которую проходят
последователи дзэна для достижения духовного прозрения, о котором упоминалось
раньше и которое составляет основу дзэна, так как именно в этом отношении дзэн
в принципе отличается от всех других форм мистицизма. Для большинства мистика -
такое сугубо личное, духовное переживание - является чем-то изолированным и
неожиданным. Христиане используют молитву, умерщвление плоти или своего рода
созерцание с целью вызвать в себе наступление этого состояния, а его дальнейшее
развитие предоставляют божественной милости. Но поскольку дзэн не видит в таких
вещах сверхъестественного посредничества, то методы его духовной практики
отличаются практичностью и систематичностью. Уже в Древнем Китае ясно
намечалась такая тенденция, и со временем в конце концов образовалась стройная
система. В .настоящее время последователи дзэна имеют в своем распоряжении
эффективные методы духовной практики для достижения своей цели. В этом
заключается практическая ценность дзэна.
Дзэн
не учит нас ничему в смысле умственного анализа, а также не предлагает никакой
определенной доктрины в качестве руководства для своих последователей. В этом
отношении дзэн, если можно так выразиться, произволен. Последователи дзэна
могут иметь свои доктрины, но эти доктрины носят сугубо личный, индивидуальный
характер и не обязаны своим возникновением дзэну. Поэтому дзэн не имеет дела с
какими-либо «священными писаниями» или догматами, а также не содержит в себе
никаких символов, посредством которых раскрывалось бы его значение. Какие бы
учения ни содержались в дзэне, они исходят только из умов их создателей. Мы
сами себе создаем учения. Дзэн только указывает путь. Если этот факт сам по
себе не есть учение, то в дзэне, положительно, нет никаких специально созданных
принципиальных доктрин или какой-либо основной философской системы. Дзэн
претендует на свое родство с буддизмом, но все буддийские учения, содержащиеся
в сутрах и шастрах, с точки зрения дзэна не больше чем макулатура, польза
которой состоит лишь в том, что с ее помощью можно только смахнуть пыль с
интеллекта, но не больше. Не думайте, однако, что дзэн - это нигилизм. Всякий
нигилизм - это самоуничтожение, не имеющее конца. Негативизм разумен как метод,
но высшая истина - это утверждение. Когда говорят, что дзэн не имеет никакой
философии, что он отрицает всякий авторитет, что он отбрасывает всю так
называемую «священную литературу», не следует забывать, что в самом этом
отрицании уже содержится нечто совершенно положительное и бесконечно
утверждающее.
Является
ли дзэн религией?
Это
не религия в популярном понимании, так как в дзэне нет бога, которому можно
было бы поклоняться, нет также никаких церемониальных обрядов, ни земли
обетованной для отошедших в мир иной, и, наконец, в дзэне нет также такого
понятия, как душа, о благополучии которой должен заботиться кто-то посторонний
и бессмертие которой так сильно волнует некоторых людей. Дзэн свободен от всех
этих догматических и религиозных затруднений.
Дзэн
не отрицает существование Бога. Дзэн не имеет дела ни с утверждением, ни с
отрицанием. Когда что-либо отрицается, то само отрицание уже включает в себя
противоположный элемент. То же самое может быть сказано и об утверждении. В
логике это неизбежно. Дзэн стремится подняться выше логики и найти высшее
утверждение, не имеющее антитезы. Поэтому дзэн ни отрицает Бога, ни утверждает
его существования, так что в дзэне нет такого Бога, к которому привыкли
еврейские и христианские умы. Дзэн в равной мере не являeтcя ни религией, ни
философией.
Что
касается тех различных изображений и статуй Будд, бодхисаттв, дзэна и других
существ, которые можно встретить в храме дзэна, - это не больше чем куски
дерева, камня или металла. Их можно сравнить с прекрасными цветами в саду. Дзэн
– это условности. Дзэн берет на себя смелость заявить: безупречные йоги не
погружаются в нирвану, а нарушающие обет монахи не попадают в ад. Для
обыкновенного ума это стоит в противоречии с общепринятыми законами морали, но
здесь также заключается истина и жизнь в дзэне. Дзэн - это дух человека. Дзэн
верит во внутреннюю чистоту этого духа и его божественность. Все, что
неестественно прибавляется или с силой вырывается, вредит целостности духа.
Поэтому дзэн решительно против всяких религиозных условностей. Его религия,
однако, налицо. Тот, кто поистине религиозен, с удивлением обнаружит, что, в
конце концов, в варварских утверждениях дзэна содержится так много религии. Но
сказать, что дзэн - это религия в том смысле, как ее понимают христиане или
магометане, будет ошибкой.
2.3
Классические школы Китая
Выражение «практиковать
религиозное учение» не обозначает чисто внешние изменения – жизнь в монастыре
или начитывание священных текстов, но это не означает, что они не могут входить
в религиозную практику. В любом случае религиозной практикой следует заниматься
применительно к своему сознанию. Если знаешь, как ввести учение в собственный
поток, то все физические и словесные действия можно согласовать с практикой.
Без этого, сколько бы человек ни медитировал, или начитывал писания, или
проводил жизнь в храме, - все это не поможет; ибо для практики важен именно ум.
Таким образом, важнее всего принять Прибежище в Трех Драгоценностях (Будде, Его
Учении и Духовной Сообществе), учитывая связь между действиями и их
следствиями, выработать в себе стремление помогать другим.
Некогда в Тибете жил
знаменитый лама по имени Дром. Однажды Дром увидел человека, совершавшего обход
ступы (троекратный обход святынь). «Обход ступы хорошая вещь, - сказал Дром. –
Но практика еще лучше».
Человек подумал: «Ну,
значит надо читать священные книги
Так он и поступил, но
однажды Дром увидел его за чтением и сказал: «Чтение священной книги хорошее
дело, но практика еще лучше».
Человек подумал: «Похоже,
и этого недостаточно. Теперь, если я займусь медитацией, это уж точно будет
практика».
Застав его за медитацией,
Дром сказал: «Медитация хорошее дело, но практика еще лучше». Человек изумился
и спросил: «Как же надо практиковать?» И Дром ответил: «Не привязывайся к этой
жизни; заставь свое сознание стать практикой».
Дром сказал так потому,
что практика есть процесс осознавания.
Классические школы
Китая
1. Школа «Небесной
опоры» (Тяньтай)
была основана Чжии (538-597), он первым классифицировал все течения внутри
буддийского учения. Он разработал метод медитации под названием
«шаматха-випашьяна» («ясность и постижение»), ставший одним из самых известных
в Китае и Японии.
2. Школа «Чистой земли», или школа Лотоса, была основана в 402 г. монахом по имени Хуэйюань. Ее главная цель – перерождение приверженцев в «Чистой земле» будды
Амитабхи, в «Западном раю», где они могут достичь нирваны.
3. Школа «Цветочной
гирлянды» (Хуаянь)
была основана монахом Душунем и Чжиэнем. Она опирается на «Сутру гирлянды
Будды», где говорится о всеобщем взаимопроникновении, о том, что мысль,
мироздание и Будда составляют единое целое.
4. Школа «Медитации»
(Дхьяна, Чань). Она
соединяет в себе понятия практики махаяны и даосизма. В ней прослеживается
влияние индийского учения о дхьяне (медитации).
5. Школа «Знаков,
характеризующих существование» (Фасян). Этой школе, в отличие от предыдущих, близки умозрительные
построения. Главный текст называется «Доказательство того, что вне Сознания
ничего не существует».
Приложение
«101 дзэнская история»
Эти истории были
переведены на английский язык из книги под названием «Собрание камнейи песка»,
написанной в XIII веке
японским учителем дзэн Мудзю, а также из сборников историй дзэнских монахов,
взятых из различных книг, выпущенных в Японии.
Кроме книги «101
дзенская история», есть множество трудом дзэнских учителей, в которых
рассказывается об учении дзэн-буддизма. Например, «Железная флейта» и «Плоть и
кости дзэн».
9.
НЕЛЬЗЯ УКРАСТЬ ЛУНУ
Ренан,
дзэнский мастер, жил самой простой жизнью в маленькой хижине у подножья горы.
Однажды вечером в хижину забрался вор и обнаружил, что там нечего украсть.
Вернувшись, Ренан застал у себя вора.
«Ты
прошел долгий путь, чтобы навестить меня, - сказал он бродяге, - и ты не должен
вернуться с пустыми руками. Пожалуйста, возьми в подарок мою одежду».
Вор
был ошарашен. Он взял одежду и тихонько ушел. Ренан сидел нагой, любуясь луной.
«Бедный
парень, - задумчиво сказал он. - Мне бы так хотелось подарить ему эту
прекрасную луну».
10.
ПОСЛЕДНЯЯ ПОЭМА ХОСИНА
Дзэнский
учитель Хосин много лет жил в Китае, а потом вернулся на северо-восток Японии, где
воспитывал учеников. Когда он стал совсем старым, он рассказал ученикам
историю, услышанную им в Китае. Ват эта история.
Однажды,
25 декабря какого-то года, Такуфу, который был очень стар, сказал своим
ученикам:
«Я не
доживу до будущего года, так что в этом году вы должны хорошо угощать меня».
Ученики
подумали, что он шутит, но поскольку он был великодушным учителем, во все
последующие дни уходящего года каждый из них устраивал ему праздник. Накануне
Нового года Такуфу подвел итоги:
«Вы
были добры ко мне. Я покину вас завтра в полночь, когда закончится снегопад».
Ученики
засмеялись, решив, что от старости он несет чепуху, так как ночь была ясная и
бесснежная. Но в полночь начал падать снег, и на следующий день они не нашли
своего учителя. Они пошли в зал медитации. Здесь он и скончался.
Рассказав
эту историю, Хосин сказал ученикам: «Дзэнскому учителю не обязательно
предсказывать свой уход, но если он захочет, он сможет сделать это».
«А вы
можете?» - спросил кто-то.
«Да,
- сказал Хосин. - Я покажу вам, что я могу делать,
через
семь дней, считая от сегодняшнего».
Никто
из учеников не поверил ему, и большинство просто за
было
этот разговор, когда Хосин вновь собрал их вместе.
«Семь
дней назад, - сказал он, - я сказал, что собираюсь покинуть вас. Существует обычай,
по которому я должен написать прощальную поэму, но я не поэт и не каллиграф.
Пусть кто-нибудь из вас запишет мои последние слава».
Ученики
думали, что он шутит, но дин из них начал писать.
«Готовы
ли вы?» - спросил Хосин.
«Да,
учитель», - ответил записывающий.
Тогда
Хосин продиктовал:
«Я
пришел из великолепия
И
возвращаюсь в великолепие.
Что
это?»
Поэма
была на одну строчку короче положенной по обычаю, поэтому ученик сказал:
«Учитель,
мы не дописали еще .одну строчку» .
Хосин
с рычанием победившего льва вскричал: «Каа!..» - и покинул этот мир.
12.
СЧАСТЛИВЫЙ КИТАЕЦ
Каждый,
кто когда-либо был возле китайских поселений в Америке, мог видеть статую
отважного юноши, несущего холщевую сумку. Китайские купцы называют его
Счастливым Китайцем, или Смеющимся Буддой.
Этот
юноша, Хотей, жил во времена Танской династии. Он не хотел называть себя
дзэнским учителем или собирать возле себя учеников. Вместо этого он бродил по
улицам с большой сумкой, в которую складывал сласти, фрукты или пирожки. Все
это он раздавал детям, которые играли на улице и собирались вокруг него. Он
создал детский сад на улице. Если он встречал на улице человека, посвятившего
себя дзэн, он протягивал ему руку и говорил: «Подай монету». И если кто-нибудь
просил его вернуться в храм и учить других, он снова повторял: «Подай монетку».
Однажды,
когда он занимался своей игрой-работой, рядом оказался другой дзэнский учитель
и спросил его:
«Что
есть сущность дзэн?»
Хотей
немедленно сбросил свою сумку на землю в молчаливом ответе.
«Тогда,
- спросил его другой, - что есть реализация дзэн?»
Счастливый
Китаец сразу же повесил сумку на плечо и продолжил свой путь.
13.
БУДДА
В
Токио, в эпоху Мэйдзи, жили два известных учителя, различных по характеру. Один
из них, Унто, учитель из школы Сингон, тщательно соблюдал все заповеди Будды.
Он никогда не пил возбуждающих напитков и не ел после 11 часов утра. Другой
учитель, Тандзан, профессор философии императорского университета, никогда не
соблюдал заповедей. Он ел, когда хотел, спал, когда хотел, даже днем. Однажды
Унто навестил Тандзана, который в это время пил вино, даже к капле которого не
должен был прикасаться язык буддистов.
«Приветствую
тебя, брат, - сказал ему Тандзан. - Не хочешь ли выпить?»
«Я
никогда не пью», - важно сказал Унто.
«Кто
не пьет, тот даже не человек», - сказал Тандзан.
«Неужели
ты не считаешь меня человеком только потому, что я не пью отравы? - воскликнул
Унто В гневе. - Если я не человек, то кто же я?»
«Будда»,
- ответил Тандзан.
14.
ГРЯЗНАЯ ДОРОГА
Тандзан
и Экидо шли однажды по грязной дороге. Лил проливной дождь. Проходя мимо
перекрестка, они встретили красивую девушку в шелковом кимоно и шарфе, которая
не могла перейти через рытвину.
«Идем,
девушка», - сказал Тандзан сразу же. Он взял ее на руки и перетащил через
грязь.
Экидо
ничего не сказал и молчал до тех пор, пока они не подошли к храму. Больше он не
мог сдерживаться и сказал:
«Нам,
монахам, надо держаться подальше от женщин, особенно от молодых и красивых. Они
опасны. Зачем ты сделал это?»
«Я
оставил девушку там, - сказал Тандзан, - а ты все еще тащишь ее!»
Список
литературы
1. «Буддизм. Четыре благородные
истины». М: Эксмо, 2002 г.
2. Гийон «Философия буддизма». М: АСТ
Астрель, 2004 г.
3. «Дхаммапада» М: Изд-во восточ. лит.,
1960 г.
4. Кацуки «Практика дзэн. Железная
флейта». К: Пресса Украины, 1993 г.
5. Репс «Плоть и кости дзэн».
Харьков: МП «Арс», 1991 г.
6. Соловьев «Что такое «доктрина
теософического общества». К: Уцим-пресс, 1997 г.
Страницы: 1, 2, 3
|