p> Так, относительно благополучно закончился начальный этап формирования
национального рынка и становления денежной системы в России. 1.2 Становление банковского дела в России. Российские ученые отмечают своеобразие и характерное отличие
зарождения и развития банковского дела. “Банковская политика России издавна
существенно отличается от таковой же политики в Западной Европе. Там банки
с самого начала находились в частных руках, будучи созданы частной
инициативой и на частные капиталы”. Там, отмечает в своих лекциях проф. С.-
Петербургского политехнического института императора Петра Великого В.Р.
Идельсон, развитие банковского дела совершалось по общей для всех стран
схеме: появлялись менялы и ростовщики, превращавшиеся с течением времени в
частных банкиров.. на смену которым в XIX в. пришли акционерные банки,
правительства же брали в свои руки один из банков и предоставляли ему
монополию эмиссионного дела. Эта схема, утверждает В.Р. Идельсон, к России
не приложима: история ее банковского дела своеобразна и глубоко отлична от
истории западноевропейской. Проф. Л.Н. Яснопольский в первом томе “Банковской энциклопедии”, вышедшей перед первой мировой войной в Киеве, пишет: “Первым и самым
характерным отличием в истории наших банковских учреждений вообще и
коммерческих в частности является то, что зародились они и в течении более
столетия, сохранились в форме казенных учреждений: частный капитал и
частный почин не могли создать банковской формы кредитного посредничества
вплоть до падения крепостного права, и если существовали зародыши
банкирской профессии, то они недалеки были от простого ростовщичиства”.
Ростовщическая высота ссудного процента, по его мнению, была следствием
неразвитости кредитного оборота, недостатком капиталов и большей степенью
риска. Первый известный нам законодательный документ, связанный с появлением
в России банковского дела, это Указ императрицы Анны Иоановны от 28 февраля
1733 г. об организации, выдачи ссуд из Монетной канцелярии всем без
различия состояния людям под залог драгоценных металлов (золота и серебра)
из расчета 8% в год. Проф. Яснословский подчеркивает, что это был не банк,
а не более как казенный ломбард, предшественник сохранявшихся до XX
столетия “Ссудных Касс” в С.-Петербурге и Москве. Только четверть века спустя в царствование Елизаветы Петровны
учреждаются правительством первые российские банки. Медленные темпы
становления банковского дела в России объясняются неподготовленностью
страны для широкого развития кредита: сельское хозяйство велось
экстенсивным методом с помощью дарового труда, крайне слабо были развиты
торговля и промышленность. В 1754 г. учреждается два банка: сословный для
дворянства “Дворянский” и для купечества (также сословный) “коммерческий”. “Дворянский банк” (с капиталом 750 тыс. руб.) производил выдачу ссуд
дворянам из расчета 6% годовых под залог населенных имений. Ссуды
выдавались сроком на один год, причем рассрочка платежа не могла быть
продолжена более чем на три года “после чего имение неисправного должника,-
предписывалось в Указе от 1754 г. о создании банка,- должно продавать
аукционным обыкновением”. Для тех дворян, которые были не в состоянии
представить в залог населенное имение, ссуда давалась за поручительством
“знатных и зажиточных лиц”: “для осторожнейшего возвращения выданных денег,
ссуд производить не только под верный залог, но и требовать поручителей из
надежнейших лиц”. С течением времени капитал “Дворянского банка” был
увеличен до 6 млн. руб. Хотя банк и выдавал ссуды под населенные имения, но
давались они самое большее на три года. Именно поэтому, подчеркивает
Идельсон, банк не был в сущности ипотечным учреждением, т.е. банком
долгосрочного кредита. Между тем землевладельцы нуждались именно в кредите
долгосрочном. Незначительные средства банка были скоро истощены, ибо
возврат ссуд был исключительно редким явлением. Целью “Коммерческого банка” (капитал 500 тыс. руб.) была выдача
торговавшему в петербургском порту купечеству краткосрочных ссуд под 6%
годовых под залог товаров, золота и серебра, а также под свидетельства или
аттестаты магистров, выполнявших функцию поручительства, а в последствии и
под векселя. Запасы “Коммерческого банка” также были быстро истощены,
поскольку кредит именитому купечеству оказывался даже без наведения справок
о его кредитоспособности. Отсрочки превращали краткосрочные ссуды в
долгосрочные и ссуды оставались по большей части в руках первых заемщиков. В 1762 г. Указом Петра III оба банка были закрыты: “Учрежденные для
дворянства и купечества здесь в Москве банки имели служить для вспоможения
всему обществу:; но Нам известно, что следствие весьма мало способствовало
намерению, и банковские деньги оставались по большей частью в одних руках,
в кои розданы с самого начала: сего ради повелеваем: в розданных в заем
деньгах больше отсрочек не делать и все оныя неотложно собрать”. Наряду с созданием земельного и коммерческого банков правительство
России стремилось изыскать путь облегчения оборота медных денег. Для этой
цели были приняты (Указом от 1757 г.) так называемые “меры вексельного
производства”. Они состояли во введении вексельнопереводной операции между
С.-Петербургом и 50 городами и учетной операции (крайне ограниченной и
доступной лишь для купцов, имевших торговые дела в С.-Петербурге).
Векселепереводная операция проводилась через Соляную контору в С.-
Петербурге и городские магистры. Операции оказались настолько успешными,
что уже в 1758 г. были учреждены в С.-Петербурге и Москве “Банковские
конторы вексельного производства для обращения медных денег”, которые
получили название “Медного банка”. Исследователи истории российских банков
полагают, что уже в этих институтах зародились операции трансферта и
текущих счетов. Через два года после прекращения деятельности двух первых российских
банков в соответствии с Указом Екатерины от 21 июня 1764 г. были созданы
два “портовых коммерческих банка” - в С.-Петербурге и Астрахани. Банки
создавались для содействия развитию российской внешней торговли как со
странами Европы (Столичный банк), так и азиатскими (астраханский банк).
Уроки десятилетней деятельности первых российских банков были причиной
появления в указе 1764 г. ряда ограничений. Несмотря на традиционное
покровительство власти дворянскому сословию, Указ предписывал “дворян в
поруку по купцам ни под каким видом не брать”. По кредитным письмам от
магистров давать деньги предписывалось “с осторожностью”, а “отсрочек в
платеже денег никаких не давать”. Астраханский банк находился в ведении губернатора, который “сам
выбирал из надежных офицеров достойного директора с потребным числом
служителей”. Но и этим двум банкам не суждена была долгая жизнь. Банк в
Петербурге в 1770 г. “за истощением ресурсов” прекратил выдачу ссуд, а в
1782 г. был закрыт. Астраханский же банк после большого пожара 1767 г.
превратился в благотворительное учреждение, утратившее всякую связь с
коммерцией кроме слова “коммерческий” в своем названии. В 1762 г. на правительственном уровне было принято решение о создании
в России эмиссионного банка с правом выпуска билетов на 5 млн. руб.
Учреждение банка, однако, затянулось. Лишь в 1768 г. было основано два
Ассигнационных банка.: в Петербурге и Москве. В то время Россия еще не
прибегала к внешним займам и для удовлетворения потребности в
финансировании расходов на армию, на содержание двора и правительственных
учреждений и т.п. правительство прибегало к выпуску ассигнаций, и уже через
несколько лет было выпущено на сумму 100 млн. руб. В 1786 г. петербургский и московский ассигнационные банки были
объединены в один Государственный ассигнационный банк, получивший право
выпускать ассигнации на 100 млн. рублей. Ассигнационному банку было разрешено производить на свои билеты учет
векселей, выписывать из зарубежных стран золото и серебро, закупать внутри
страны медь с целью экспорта, завести в Петербурге Монетный двор и чеканить
там монеты, а также открыть свои отделения в других городах Империи. Екатерина II, как считает проф. Идельсон, решила бороться с
ростовщичеством не только карательными мерами, но и организацией кредита. В
ее Манифесте от 23 июня 1786 г. говорилось: “для того, чтобы ни казна, ни
кто-либо из частных лиц при ссуде денег не взимал больше 5% со ста, и всяк
корыстолюбец, изобличенный в гнусной лихве, да накажется лишением всего
своего капитала, в лихвенный заем отданного, в пользу приказа общественного
призрения”. Этим же Манифестом учреждался Государственный заемный банк,
который выдавал дворянам ссуды под залог имений из расчета 8% годовых с
погашением в течении 20 лет, города же получали ссуды под залог домов и
заводов на срок 22 года из расчета 7%. Заемный банк получил вместе с тем
право принимать вклады. Следует упомянуть о появлении в царствование Екатерины II первого
частного банка: в 1788 г. в Вологде был учрежден городской банк. При Павле I правительство, подчеркивает В.Р. Идельсон, проводит в
банковском деле политику покравительствования интересам дворянства. В 1797
г. учреждается банк для оказания помощи дворянству “Вспомогательный банк
для дворянства”, получивший название “двадцатипятилетняя энциклопедия”.
(Ссуды выдавались на 25 лет под залог населенных имений.)только за два года
своей деятельности было выдано банком ссуд на 60 млн. руб. Через несколько
лет этот банк был присоединен к Заемному банку. Для нужд купечества в том же 1797 г. при Государственном
ассигнационном банке были открыты учетные конторы: по векселям, товарам и
страховая – для принятых под залог товаров. II. Развитие банковской системы России в XIX веке. 2.1 Денежная финансовая система России XIX века. В царствование Александра I система кредитных учреждений подверглась
значительным изменениям. Потребность в краткосрочном кредите была
удовлетворена путем ликвидации учетных контор и учреждением в 1818 г.
Государственного коммерческого банка, просуществовавшего вплоть до замены
его в 1860 г. Государственным банком. Учреждение государственного
коммерческого банка было, как считает проф. Яснопольский, одним из актов в
ряду мероприятий министра финансов александровских времен – Гурьева,
направленных к оздоровлению кредитных учреждений России, подорванных
чрезмерным выпуском ассигнаций, выдачами долгосрочных ссуд за счет
бессрочных вкладов из Заемного банка и секретными заимствованиями из их
средств на нужды правительства. Интересна разработанная в 1815 г. Гурьевым программа оздоровления
банковского дела, два коренных положения которой не соответствовали духу
времени. Во-первых, вновь издаваемому Государственному коммерческому банку
предполагалось предать акционерную форму “оставив под высочайшим
покровительством из Компании акционеров капитал в 40 млн. руб., который
должен составиться из акций по 1000 руб. каждая”. Во-вторых, планировалось все кредитные учреждения изъять из под власти
министра финансов, сосредоточив надзор за ними в независимом от финансового
ведомства учреждении, отчеты которого должны стать гласными. Эти идеи
финансового плана Гурьева были заимствованы последним у него незадолго до
того низвергнутого противника – Сперанского. В возможности их реализации в
то время сомневается большинство исследователей банковского дела в России.
Как известно, Коммерческий банк в 1818 г. был создан в форме
государственного, “половина директоров которого избиралась из купцов,
имеющих достаточные сведения о положении и оборотах торговли”. Что касается независимости кредитных учреждений от министра финансов,
то эта идея была реализована в образовании “Совета государственных
кредитных установлений”, который контролировал деятельность всех казенных
кредитных учреждений. Совет состоял из министра финансов, Председателя
Государственного совета, государственного контролера и по шесть избираемых
дворянством и купечеством представителей. Не заинтересованные в
материальных делах банков и недостаточно сведущие в банковском деле эти
сословные представители не могли внести весомого вклада в дело банковского
контроля, да и гласность публикуемых банковских отчетов оказывалась на деле
одной лишь видимостью. Капитал Государственного коммерческого бака вместо предполагавшихся 50
млн. руб. составил при его открытии всего 17 млн. руб. Банку было
предоставлено право: “1) принимать вклады на хранение в слитках серебра и
золота, взимая ?% за хранение в течении 6-ти месяцев; 2) принимать
трансферты денежных вкладов по примеру Гамбургского и Амстердамского жиро-
банков; 3) совершать операцию приема вкладов до восстребования;4)
производить учет под векселя и 5) под товары”. Существенным дополнением к образованию Банка было открытие его
филиалов на местах: в период с 1818 по 1821 гг. были созданы его конторы в
Москве, Архангельске, Одессе, Риге, Астрахани и (временная) в Нижнем
Новгороде; 1838 по 1852 гг. были открыты конторы в Киеве, Харькове,
Екатеринбурге и ряд временных – в Рыбинске, Ирбите и Полтаве. Основной пассивной операцией Коммерческого банка был прием вкладов, по
которым уплачивалось 5% годовых. Процент этот до 1830 г. не изменился, не
сообразовался и со сроком, на который принимались вклады. Вклады
принимались независимо от того, можно ли им было находить какое-либо
помещение. При отсутствии у Банка значительного количества отделений,
накоплявшиеся в огромном количестве вклады некуда было помещать, а проценты
по ним ложились бы тяжелым бременем на государственное казначейство, если
бы последнее не проводило ежегодные “негласные позаимствования” на нужды
своих расстроенных финансов. На залатывание хронического бюджетного
дефицита ушло более половины того миллиарда рублей вкладов, который
числился на счетах Коммерческого банка к концу 50-х годов. По подсчетам проф. П.П. Мигулина дефицит государственного бюджета в
1832-1843 гг. составил 123,7 млн. руб. (серебром) и к 1844 г. казной было
“позаимствовано” из Земельного банка (в основном за счет средств,
передававшихся в Заемный банк из Коммерческого) 131,9 млн. руб.; в 1852-
1857 гг. дефицит составил 772,5 млн. руб. и к 1858 г. позаимствовано 521,4
млн. руб. Проф. Л.Н. Яснопольский так охарактеризовал подобную практику: вместо
правильной организации внутреннего государственного кредита – выпуска
долгосрочных государственных займов, государство систематически прибегало к
этой юридически совершенно незаконной, политически явно предосудительной
системе негласных займов из вкладов. Целость и неприкосновенность коих в
свое время гарантирована была в манифесте об учреждении Коммерческого банка
Имперским словом. Что же касается активных операций (учет векселей, выдача ссуд под
товары), то их развитие наталкивалось на всевозможные затруднения. В.Т.
Судейкин относит к ним прежде всего централизацию банковской деятельности в
немногих крупных центрах; формализм и отсутствие активности со стороны
администрации как самого Коммерческого банка, так и высшей государственной
финансовой администрации, не стремившейся к развитию и облегчению
вексельной и ссудной операции в стране, а напротив, стеснявшей их. Так,
размер ссуд был ограничен для купцов 1-й гильдии – 60 тыс. руб., 2-й – 30
тыс. руб., 3-й – 7 тыс. руб.; банковское управления ставило всевозможные
препятствия для учета иностранных векселей; ссуды разрешались только под
товары российского производства. Профессионализм администрации
Государственного коммерческого банка оставлял желать лучшего. И наконец,
дороговизна учета отталкивала от Банка лучших клиентов. За трансферты брали
высокую плату ?%, а выдача происходила лишь на другой день. Причем для
перевода принимались лишь крупные суммы не менее 5 тыс. руб. (во избежании
убытков для почтового ведомства), а когда московское купечество
ходатайствовало о понижении этой суммы до 300 руб., то они получили
решительный отказ: “банк и конторы учреждены для пособия высшему так
сказать купечеству, а не мелким торгашам”. Все эти вышеприведенные факты,
по мнению российских ученых, ярко рисуют тяжеловесный бюрократический
характер ведения дел в казенном банке.
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7
|