С одной стороны, в ходе радикальных
экономических преобразований в России выяснилось, что сильных социальных
потрясений в сфере занятости, о которых часто предупреждала пресса, пока не
наблюдается. Официальная безработица растет относительно умеренными темпами.
С другой стороны, многие проблемы занятости
приняли глубинный характер. Речь идет об увеличении скрытой безработицы, о
росте доли лиц, обращающихся в службу занятости, среди всех лиц, испытывающих
трудности с поиском работы (до 30%), о повышении доли выпускников учебных
заведений среди всей безработной молодежи. Одновременно быстрыми темпами
развивается занятость в теневой экономике, масштабы которой оцениваются в 10-15
млн. человек.
В России величина
совокупной безработицы определяется исходя из количества граждан, ищущих
работу и зарегистрированных в качестве безработных в Центрах занятости (ЦЗ).
Следовательно, из числа безработных исключаются те, кто не имеет работу, ищет
ее, но при этом в качестве безработного не зарегистрирован. Сегодняшняя
информация о масштабах безработицы, предоставляемая Госкомстатом, занижает подлинный
уровень безработицы приблизительно в 5 раз. Некоторые российские
экономисты-аналитики видят в сознательном занижении уровня официальной
безработицы причины финансового характера, так как Государственный фонд
занятости способен сегодня обеспечить финансирование региональных программ
занятости только при уровне безработицы не более 3%.
Так, в отчете
Госкомстата за 1997 г. сообщается, что официальный статус безработного имеют
2,5 млн. человек, то есть 3,4% экономически активного населения. Такие цифры
явно не соответствуют картине спада производства, а только подтверждают, что
фактическую ситуацию на рынке труда определяет скрытая безработица.
Международная организация труда (МОТ)
провела исследование, показавшее, что уровень безработных в РФ значительно
выше официально признанного. Директор МОТ Гай Стандинг, составлявший отчет по
результатам исследования, заявил, что российские источники “самым бесчеловечным образом” скрывают истинное
положение вещей. По данным МОТ безработица в России в 1997 г. составила 9,5%
(16,72 млн. чел.). Причина такого расхождения данных Госкомстата и МОТ в том,
что людям не выгодно регистрироваться в качестве безработных (с уходом с
номинальной работы человек лишается льгот), а предприятия стараются держать “мертвые души” чтобы сократить налоги.
Занижение уровня безработицы в ЦЗ,
возможно, связано не только с самой процедурой регистрации безработных, но и с
присвоением статуса безработного.
Реальный недоучет и, недооценка
российской безработицы заложены в самом механизме действия Закона о
занятости, принятого в 1991 г. и впервые с 20-х годов узаконившего
безработицу в России. Можно назвать по крайней мере восемь причин нежелания
людей, потерявших работу, обращаться в ЦЗ, вследствие чего они исключаются из
официальной статистики безработицы.
1.
На протяжении более 70 лет
безработица рассматривалась как незаконное явление. Психологическое неприятие
безработицы и самих безработных до сих пор сохраняется в общественном сознании.
Это в равной степени относится как к тем, кто теряет работу и до последнего
момента пытается трудоустроиться собственными силами, так и к тем, кто
нанимает рабочую силу через ЦЗ.
2.
В настоящее время в России
существует около 2500 бирж труда, что явно недостаточно для такой огромной
страны. Население плохо информировано о территориальном расположении данных
служб, значительна удаленность ЦЗ от ряда населенных пунктов, особенно в
сельской местности, где расстояние до ближайшего ЦЗ может превышать 80 км.
3.
Закон о занятости включает
положение о том, что граждане России, получающие выходное пособие от
предприятия (организации) , не могут претендовать на пособие по безработице.
Это означает, что многие из числа потерявших работу и получивших выходное
пособие как минимум в течение двух месяцев не видя смысла обращаться в ЦЗ, то
есть немалая часть краткосрочных безработных по-видимому, исключается из
официальных данных.
4.
Предполагается, что
предприятие, высвобождающее работников, должно информировать их о необходимости
регистрации в районном ЦЗ. Однако у предприятий нет ни стимулов, ни
обязанностей выполнять эту функцию. Более того предприятие, сокращающее
занятых, скорее всего находится в трудном материальном положении, и для него
выгоднее не информировать работников, поскольку в таком случае оно не будет
выплачивать им выходное пособие за третий месяц.
5.
Возможности ЦЗ по трудоустройству
безработных ограничены. Обследование промышленных предприятий, проведенное в
июле 1998 г., показало, что подавляющее большинство
руководителей не прибегают к услугам ЦЗ при поиске и найме рабочей силы даже
при росте ее предложения на рынке труда.
6.
Вероятность получения
пособия по безработице для обратившегося в ЦЗ невелика, а размер выплачиваемого
пособия, как правило, минимальный.
7.
Переподготовка безработных
через ЦЗ осуществляется недостаточно эффективно.
8.
В последние годы
увеличилось число работников, которые находятся в административных
неоплачиваемых отпусках. Нередко именно таким способом администрация
предприятий "сохраняет" численность рабочего коллектива, занижая тем
самым среднюю заработную плату по предприятию и избегая повышенного налогообложения
фонда оплаты труда.
В соответствии с
российским законодательством пособие по безработице составляет в первые три
месяца 75% средней заработной платы на последнем месте работы, в
течение следующих трех месяцев - 60, а в оставшиеся полгода - 45%, но не ниже
установленного минимума заработной платы и не выше средней заработной платы в
регионе. В декабре 1997 г. среднее пособие по безработице было
эквивалентно 1,1 минимума заработной платы и составляло 38% прожиточного
минимума. В декабре 1996 г. размер средних выплат на одного
безработного (они включают пособие по безработице, единовременные выплаты
материальной помощи и пособия на иждивенцев) увеличился до 2,3 минимальной
заработной платы, но снизился до 36% прожиточного минимума. В 1996 г. средние
выплаты на одного безработного составили 96 тыс. руб. по сравнению с 48,1 тыс.
руб. в декабре 1995 г., или 2,2 минимальной заработной платы (30% прожиточного
минимума) .
В среднем за 1998 г. пособия
выплачивались половине безработных, имеющих право на получение пособия.
Остальные либо не имели такого права (поскольку получали выходное пособие от
предприятия или были уволены по статьям КЗоТ), либо им приостановили выплату
пособия на срок до трех месяцев (как правило, за нарушение режима перерегистрации).
Из общего числа безработных - обладателей пособия в 1998 г., 49,2% получали
его в минимальном размере, равном минимальной заработной плате.
В регионах с высоким
уровнем безработицы доля получавших пособие в минимальном размере оказалась существенно
выше: в Республике Дагестан - 85,5%, в Республике Ингушетия - 66, в
Ивановской области - 57,3%. Можно сделать вывод, что уровень
безработицы определяет и размер выплачиваемых пособий. Однако, согласно
информации Федеральной службы занятости, в ряде регионов политика местных
властей направлена на сокращение данной статьи расходов региональных фондов
занятости.
Осенью 1995
г. впервые возникли проблемы с выплатами пособий по безработице, которые по
сей день остаются актуальными. Если в начале 1998 г. во многих российских
регионах задержки с выплатой пособий составляли 3 месяца, то к концу года они
увеличились до 4-6 месяцев. Особенно острая ситуация сложилась в регионах с
высоким уровнем безработицы. Поступающие на расчетные счета служб занятости
средства сразу же расходуются на выплату пособий. Но поскольку поступление
денег происходит неравномерно, службы занятости не могут выплатить пособия
всем безработным, кто их должен получать. Поэтому в ряде регионов разработаны
"приоритеты" в выплате задержанных пособий. Так, в одной из областей
выплаты производятся в первую очередь безработным, в семьях которых есть
другие безработные, во вторую - одиноким матерям, воспитывающим
несовершеннолетних детей, в третью - одиноким безработным и т.д.
Расчеты
показывают, что в 1998 г. на пособия, включая выплаты иждивенцам, должно было
приходиться 37,2% общих расходов фонда занятости, а в 1999 г. их доля составит
27%. Сокращение на десять процентных пунктов означает, что либо уменьшится
численность безработных, либо значительно возрастет сумма средств,
аккумулируемых в фондах занятости. Но эти предположения маловероятны ,
поскольку экономический кризис в стране продолжается, и число простаивающих,
некредитоспособных предприятий растет. Следовательно, сокращается и
налогооблагаемая база для отчислений в фонды занятости.
Какого-либо
улучшения материального положения безработных можно было бы добиться, сократив
количество безработных и соответственно увеличив выплаты на одного
безработного. Такой механизм в программе указан: "Предполагается
усовершенствовать порядок назначения пособий по безработице в повышенном
размере, увязав его с продолжительностью периода уплаты страховых взносов
(стажем работы) и причиной увольнения". В большинстве стран с рыночной
экономикой пособие или страховка по безработице не выплачивается работникам,
уволившимся по собственному желанию. В российской экономике число подобных
увольнений (другими словами, вынужденных увольнений из-за остановок
производства, невыплат заработной платы и т.п., поощряемых администрацией,
которой выгоднее такая форма выбытия занятых, чем сокращение персонала,
поскольку последнее влечет за собой выплату трехмесячного выходного пособия)
намного опережает количество высвобождений работников по инициативе
администрации. Федеральная служба занятости, отслеживая причины увольнений на
своем сегменте притока в ряды безработных, показывает, что те, кто был уволен в
связи с сокращением численности персонала, составили всего 30% от
зарегистрированных безработных. Данные Госкомстата по всем крупным и средним
предприятиям показывают, что увольнения по экономическим причинам (сокращение
численности или ликвидация предприятия) в 1998 г. составили не более 7-9% всех
увольнений. Складывается впечатление, что вынужденные увольнения продолжают
оставаться второстепенной по важности причиной, не превышая 25% всех увольнений
на промышленных предприятиях. Введение же такого ограничения на поучение
пособия, как увольнение по собственному желанию, фактически будет означать
резкое сокращение числа регистрируемых безработных. В наибольшей степени это
затронет самую бедную категорию граждан, для которых даже мизерное пособие по
безработице нередко является единственной формой денежных поступлений в
семейный бюджет. Обследование безработных, проведенное в 1998 г., показало, что
для 14,8% семей зарегистрированных безработных пособие - первый по значимости
источник существования, а для 34% семей - второй.
Отличительной
чертой России являются необычно большой отток из рядов безработных. Сопоставляя
ситуацию в России с восточноевропейскими странами, рынок труда в которых
характеризуется низкими показателями притока в ряды безработных, но еще более
низкими показателями оттока, мы обнаруживаем, что в России во многом противоположная
картина - с низкими притоками в безработицу, но динамичным оттоком, включая
трудоустройство. Начиная с первого квартала 1994 г. началось увеличение
притока, приведшее к тому, что ежемесячный темп притока в ряды безработных
составил 0,5% (от численности занятых).
Хотя показатель
трудоустройства остается на высоком уровне: 6-7% безработных ежемесячно находят
работу. Как для притока, так и для оттока характерны очень высокие и устойчивые
во времени показатели межрегиональных различий.
Низкие показатели притока связаны с решением
предприятий, которые могут как целенаправленно сокращать излишнюю рабочую силу,
так и полагаться на добровольное выбытие работников - в связи с уходом на
пенсию и с увольнением по собственному желанию. В принципе, рост уровня увольнений
должен как-то проявиться в повышении притока в ряды безработных. Однако
предприятия весьма неохотно и слабо сокращают работников. Значительная часть
притока в ряды безработных связана с добровольными решениями рабочих. Следует,
однако, оговориться: разграничительную черту между добровольными и
вынужденными увольнениями провести достаточно трудно, ибо уход с работы по
собственному желанию может быть вынужденным. Но даже имея это в виду, следует
отметить, что часть добровольно оставляющих свое место работы среди всех, кто
становится безработными, преобладает, а это имеет оправдание только в том
случае, если вероятность трудоустройства достаточно велика.
Со стороны оттока
из рядов безработных данные Федеральной службы занятости показывают, что
уровень трудоустройства не только высок - свыше 40% всего оттока, - но и
направляется почти исключительно в государственные предприятия, с постепенным
ростом доли сферы услуг и сокращении доли промышленности и сельского хозяйства.
Хотя и наблюдается рост средней продолжительности поисков работы, что 60-80%
трудоустраивающихся находят работу менее чем за 4 месяца. Итак, для тех, кто
нашел работу, будучи безработным, период пребывания без работы был относительно
коротким: примерно треть находило работу менее, чем за месяц в 1997 и одна
пятая - в 1998 г.
Тем не менее,
наблюдается снижение уровня оттока и уровня трудоустройства на протяжении 1999
г. Это изменение может объясняться и изменением
предложения труда, и сокращением создания новых рабочих мест. Учитывая общую
жесткость макроэкономической политики правительства на протяжении предыдущих
лет, представляется вероятным, что доминировало сокращение спроса на труд, что
привело к сокращению количества свободных рабочих мест и снижению оттока из
рядов безработных.
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7
|