С 22
ноября 1942 г. согласно приказу наркома обороны фронтовым разведотделам было
запрещено вести агентурную разведку. Это произошло в решающий момент подготовки
частей Красной Армии к контрнаступлению и сразу же лишило командование
Сталинградского и Донского фронтов оперативной информации о противнике. Поэтому
часто случалось, что сводки об обстановке в тылу противника приходили в войска,
когда они уже занимали территорию, о которой говорилось в присланных
сообщениях. К тому же в ходе поспешной реорганизации агентурной разведки сотни
разведгрупп и резидентур остались без должного руководства, а часть из них
вообще выбыла из строя.
Но,
несмотря на все трудности, войсковая разведка еще до начала немецкого
наступления на Сталинград в июле 1942 г. раскрыла группировку войск противника
первой линии с точностью до батальона, систему их обороны, установила состав и
боевой порядок многих соединений перед фронтом наших войск. Так, были добыты
сведения о боевом и численном составе, вооружении, дислокации основных частей
4-й и 6-й немецких танковых армий, 3-й румынской и 8-й итальянской армий, о
численности 4-го воздушного флота противника. Большую роль в обеспечении
Сталинградской операции разведывательными данными сыграла радиоразведка. В
начале июля 1942 г. она определила местонахождение штабов соединений группы
армий «Б» и вела за ними непрерывное наблюдение. Ею же была раскрыта переброска
в район прорыва (44 км юго-восточнее Клетской) 24-й танковой дивизии,
переброска с Северного Кавказа штурмовой эскадры и двух групп бомбардировочной
эскадры «Эдельвейс», выявлен состав окруженной группировки противника. Очень
активно действовала и воздушная разведка, которая своевременно вскрыла
переброску с Северного Кавказа двух танковых дивизий в район Котельниково.
Все
это вместе взятое помогло советскому командованию принимать правильные решения,
организовать в ноябре 1942 г. контрнаступление, закончившееся окружением и
разгромом 6-й немецкой армии под командованием генерал-фельдмаршала В. фон
Паулюса, и выиграть Сталинградскую битву, положив тем самым начало коренному
перелому в ходе войны.
В
конце 1942 - начале 1943 г. усилилось партизанское движение, партизанские
отряды и соединения начали играть все более важную роль в системе военной
разведки. В начале 1943 г. на их базе стали формироваться оперативные центры
для организации разведывательной работы. Главной задачей таких центров было
создание агентурных сетей на занятой противником территории и проведение
диверсионных актов. Каждый центр имел в своем составе радиоузел для связи со
штабами фронтов. Чтобы радиоузлы нормально функционировали, только в конце 1942
- начале 1943 г. в тыл противника забросили 650 радистов.
Н.П.Федоров
один из известных партизанских разведчиков, при его отряде в январе 1943 г.
начал работать оперативный центр «Омега». Он контролировал районы Припять,
Киев, Пирятин, Бахмач и своевременно посылал в Москву информацию о группировках
немецких войск в этих районах. Летом 1943 г. создается
оперативно-разведывательный центр Разведуправления во главе с А.П.Бринским,
действовавший в районе городов Ковель и Каменец-Подольск. Здесь была
сформирована обширная агентурная сеть, которая регулярно отправляла в Центр
ценную информацию о группировках немецких войск и их перебросках. Сведения
А.П.Бринского имели важное значение, например, для планирования и проведения
Белорусской операции. Вот только некоторые из посланных им в Центр сообщений:
«15.11.43.
Из Коростень в Шепетовку гитлеровцы перебрасывают один пехотный полк из состава
339-й пехотной дивизии ... Брук».
«7.12.43.
В течение 5-7 декабря с.г. 24-я дивизия перебрасывалась по железной дороге из
Ровно в Ковель. За это время перевезено 189 танков, более 180 орудий, 426 грузовых
и легковых машин, около 70 мотоциклов. Отмечено 182 вагона с личным составом
... Брук».
Говоря
о наиболее громких диверсионных актах, проведенных военными
разведчиками-партизанами, то в первую очередь надо упомянуть ликвидацию в 1943
г. в Минске гауляйтера Белоруссии В.Кубе. Проведение этой операции было
возложено на разведчиков Н.П.Федорова, которые действовали в районе Минска на
базе спецотряда «Дима» под командованием Д.И.Кеймаха. Непосредственные
исполнители акции — Е.Г.Мазаник, работавшая прислугой в доме В.Кубе, и
М.Б.Осипова, передавшая ей мину с химическим взрывателем. Мину положили под
матрац кровати гауляйтера, и в 2 часа 20 минут 22 сентября 1943 г. В.Кубе был
убит. За этот подвиг Е.Г.Мазаник и М.Б. Осиповой присвоили звание Героя Советского
Союза, а Н.П.Федорова наградили орденом Ленина.
После
проведения этой операции Н.П.Федорова направляют в Ровно с заданием уничтожить
гауляйтера Украины Э.Коха. Но вскоре он был отозван с Украины и операция не
состоялась. Далее Н.П.Федоров возглавлял отряд особого назначения в районе
Ковеля, где во взаимодействии с другими партизанскими отрядами установил
контроль за железнодорожными магистралями. Его люди не только посылали в Центр
важную информацию, но и совершали в тылу противника многочисленные диверсии. В
1944 г. отряд Н.П.Федорова переправился через Западный Буг и вышел в район
Люблина, где, установив связь с польскими партизанами, начал проводить диверсии
на железных и шоссейных дорогах. В этих боях 17 апреля 1944 г. Н.П.Федоров
погиб.
Об
эффективности действий партизанских отрядов говорит тот факт, что летом 1943 г.
немцы собирались использовать против них химическое оружие. Об этом доложили в
Центр резидентуры и разведывательно-диверсионные группы разведотдела штаба
Западного фронта, которые установили факт переброски в районы Могилева,
Бобруйска и Борисова вагонов с ОВ. Так, 8 июня 1943 г. в одном из вагонов
эшелона, пущенного партизанами под откос у станции Ясень, под сеном оказались
баллоны со слезоточивым газом. Примерно в то же время в Бобруйске появился
инженерно-химический батальон, а 1 и 2 августа 1943 г. на станции Красный Берег
и в Могилеве производилась выгрузка ящиков и баллонов со знаками ОВ. Тогда же
разведотдел Западного фронта получил следующую информацию: «Переводчик
командира 634-го французского карательного полка полковника Перлецей сообщил: в
деревнях ... Борисовского района завезено по 8 металлических баллонов емкостью
30-40 литров с жидкими ОВ. Всем французам выданы противогазы. В каждой роте
есть отделение химиков, снабженных комбинезонами. Проводятся занятия. Цель
завоза ОВ — применение их против партизан. Горняк».
Намерение
немецкого командования применить против партизан химическое оружие подтвердила
и следующая находка: в 1979-1980 гг. под Барановичами был обнаружен немецкий
склад со снарядами, начиненными предположительно люизитом и ипритом. Правда,
что помешало немцам его использовать, не известно.
После
поражения под Сталинградом немецкое командование стало усиленно готовиться к
летней кампании 1943 г., рассчитывая взять реванш за постигшие его неудачи. В
связи с этим директивой Ставки ВГК от 3 апреля 1943 г. перед военной разведкой
была поставлена задача «постоянно следить за всеми изменениями в группировке
противника и своевременно определять направления, на которых он проводит
сосредоточение войск и, особенно, танковых частей». Наряду со стратегической
агентурной разведкой эту задачу успешно решала и разведка фронтовая. Она
использовала все средства агентурной, войсковой, воздушной и радиоразведки.
К
началу Курской битвы органы фронтовой разведки контролировали практически все
передвижения войск противника, а в его тылу действовало большое число
разведывательно-диверсионных групп. Так, разведотделы Брянского (А.А.Хлебников)
и Центрального (П.Н.Чекмазов) имели в тылу противника по 20 групп, а
разведотдел Воронежского фронта (И.В.Виноградов) - 30 групп. А в общевойсковых
соединениях и частях Центрального и Воронежского фронтов с апреля по июль 1943
г. было организовано более 2700 разведывательных наблюдательных пунктов, свыше
100 раз проводилась разведка боем, осуществлено более 2600 ночных поисков
пленных и устроено около 1500 засад, захвачено несколько сот пленных.
Целенаправленная
деятельность разведки накануне Курской битвы позволила советскому командованию
разгадать замысел противника, а также выяснить сроки начала операции
«Цитадель». Несмотря на то, что они переносились с 3 на 15 мая, а потом еще
дальше, именно войсковая разведка точно установила, что наступление начнется в
3 часа 50 минут 5 июля 1943 г. Именно это обстоятельство позволило советскому
командованию принять решение о проведении артиллерийской контрподготовки по
изготовившемуся к наступлению противнику.
Об
оперативности и эффективности разведки во время Курской битвы говорит такой
факт. В течение первых шести дней наступления в полосе Воронежского фронта
командование противника предпринимало попытки прорваться танковыми дивизиями в
направлении Томаровка, Обоянь, Курск, но безрезультатно. Тогда 11 июля немцы
начали перегруппировку сил в направлении на Прохоровку. Но буквально через
несколько часов сведения об этом лежали на столе у советского командования. В
результате развернувшееся 12 июля танковое сражение под Прохоровкой окончилось
победой советских войск.
В
результате побед, одержанных в 1943 г. в зимней кампании 1944 г., части Красной
Армии вышли на границу СССР и перенесли военные действия на территорию
оккупированных Германией восточно-европейских государств и Восточной Пруссии.
Это обстоятельство потребовало от разведотделов фронтов по-новому налаживать
разведывательную работу, особенно агентурную в тылу противника. Дело в том, что
на территории Польши или Чехословакии местное население достаточно лояльно
относилось к представителям Красной Армии, в Германии же каждый был врагом, не
за страх, а за совесть помогающим властям бороться с русскими шпионами.
24
июля 1944 г. нарком обороны СССР издает директиву, обязывающую начальников
штабов и разведотделов фронтов создавать активно действующие агентурные сети на
территории Германии, Венгрии, Румынии, Польши, Чехословакии и других стран
путем внедрения агентуры на важные объекты на глубину до 500 км от линии
фронта, а также в различные националистические и другие организации и
формирования. А в приказе по агентурной разведке №001 наркома обороны за 1945 г.
требовалось по мере приближения к территории Германии усилить
разведывательно-диверсионную деятельность и увеличить число забрасываемых в тыл
противника разведгрупп.
В
начале августа 1944 г. для организации разведывательно-диверсионных групп,
предназначенных для заброски на территорию Восточной Пруссии, в Брест
направляется оперативная группа офицеров Разведуправления Генштаба во главе с
В.А.Никольским. В состав группы входили подполковник В.И.Кириленко,
подполковник И.М.Семенов, подполковник С.И.Шепелев, майор В.П.Алексеев, майор
П. Н.Савельев, старший лейтенант В.Б.Величко и другие. Эта и другие оперативные
группы Разведуправления совместно с разведотделами фронтов забрасывали на
территорию Германии разведгруппы с заданием выявлять состав и нумерацию частей
и соединений противника, переброску войск, местонахождение аэродромов и т.п.
Так, в ходе операции в Восточной Пруссии в тыл противника было заброшено 36
разведгрупп, а в полосе ответственности 1-го Украинского фронта действовало
более 18 разведгрупп. А упомянутая оперативная группа В.А.Никольского отправила
в тыл противника более 120 разведчиков и агентов.
Однако
массовая заброска крупных разведгрупп, целиком оправдавшая себя на территории
СССР, временно оккупированной немцами, оказалась неэффективной в изменившихся
условиях. Главной причиной этого стало стремление как можно быстрее испытанными
методами добиться нужных результатов. Но при этом не учитывалась совершенно
иная агентурная обстановка, сложившаяся на территории Германии, что привело к
неоправданно большим потерям.
Воспоминания
о действиях разведгрупп на территории Германии В.А.Никольский: «Конечные итоги
главного направления нашей деятельности не оправдали надежд командования. Еще
до окончания войны нам стало известно, что почти все наши разведывательно-диверсионные
группы были уничтожены противником вскоре после приземления. Сбылись наши
худшие опасения, высказывавшиеся в свое время руководству. Посылка относительно
большого числа групп из советских людей, не знающих языка, являлась фактически
авантюрой. Наши спецподразделения были слишком малочисленны, чтобы защитить
себя и вести разведку, и слишком велики для маскировки и укрытия в искусственно
насаженных аккуратных лесах Западной Польши и Восточной Пруссии. Широкие
просеки, разветвленная система лесных объездчиков, совершенные средства связи с
телефонами не только в квартирах, но и на дорогах, покрывающих густой сетью всю
страну, давали возможность по малейшему сигналу любого немца о появлении
советских парашютистов направлять моторизованные карательные отряды полицейских
и эсэсовцев с собаками в любой пункт, где могли скрываться наши люди. В таких
облавах принимали участие все немцы, способные носить оружие. Проводилась так
называемая «хазенягд» - «охота на зайцев», где в качестве зайцев выступали
обнаружившие себя наши разведчики... Из 120 опытных разведчиков и агентов,
направленных нами из Бреста и Кобрина, в живых уцелело всего с десяток человек,
с трудом выживших до прибытия в район их выброски советских войск».
Учитывая
сложившуюся обстановку Разведуправление на завершающем этапе войны сделало
ставку на заброску в тыл противника небольших групп и отдельных разведчиков, в
основном немцев по национальности. Так, разведотдел 3-го Белорусского фронта в
декабре 1944 г. в Каунасе стал готовить агентов-немцев. Набирали будущих
агентов из числа немецких перебежчиков, военнопленных или репрессированных
фашистами. В тыл противника такие агенты забрасывались в немецкой военной
форме, они были снабжены соответствующей легендой и документами (солдатскими
книжками, командировочными предписаниями, отпускными билетами, проездными
билетами и т.д.). О масштабах и результатах работы таких разведгрупп можно
судить по следующему донесению в Разведуправление: «Начальнику Разведуправления
ГШ Красной Армии. Генерал-полковнику Кузнецову. С августа 1944 по март 1945 г.
подготовлено 18 разведгрупп из числа пленных — 14 радиофицированных, 4 группы
маршагентов. С тремя группами не была установлена связь: одна группа погибла,
вторая предана радистом, третья, очевидно, погибла, т.к. выброшена
непосредственно в район активных боевых действий. Из оставшихся 11 групп 2
вышли на связь, но не работали. 9 работали от 8 дней до 3 месяцев...4 группы
маршагентов в срок не возвратились, судьба их неизвестна. Начальник разведотдела
штаба 3-го Белорусского фронта генерал-майор Алешин».
Как
видно из данного документа, результаты работы таких разведгрупп были явно
неудовлетворительные. Но выбора не было, и заброска разведгрупп, составленных
из немцев, продолжалась до самой Победы.
Более
успешно действовала фронтовая войсковая разведка. Так, во время подготовки
Берлинской операции было проведено 1800 разведывательных поисков, захвачено
около 1400 пленных и 2000 различных штабных документов. Воздушная разведка
провела 2580 разведывательных вылетов и сфотографировала всю систему
оборонительных сооружений противника на глубину 70-80 км, включая Берлин,
несколько раз. А радиоразведка установила расположение войск 3-й танковой
армии, 9-й армии, штабов всех корпусов и 15 из 25 дивизий противника.
В
1945 г. Великая Отечественная война закончилась победой советского народа над
немецко-фашистскими войсками. Вклад военной разведки в победу был огромен. Это
отмечали в своих воспоминаниях такие видные советские военачальники, как
Г.К.Жуков, А.М.Василевский, К.К.Рокоссовский, И.С.Конев, И.Х.Баграмян,
С.М.Штеменко, Н.И. Крылов и многие другие. В ходе войны выработалась
эффективная система организации разведки и ее применения, сложились боевые
традиции, сформировались высококвалифицированные кадры, накопился богатейший
опыт проведения разведывательных операций. Все это было использовано в
последующие годы, когда мир разделил «железный занавес» и ведущие мировые
державы были втянуты в так называемую холодную войну.
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8
|