2. Еще одна особенность переговоров с противником в том, что именно
противники зачастую выбирают тех, с кем хотят вести диалог. Иногда
преступники выбирают конкретного руководителя, доверяя ему быть стороной в
переговорах. Или ими определяется ведомство или организация (например,
общественное движение), с которыми они хотят иметь дело. Почти в половине
ситуаций переговоры ведутся с помощью посредников, не связанных с преступниками
(членов экипажей самолетов, пассажиров, просто случайных людей). Положительное
влияние на ход переговоров оказывают лица, привлекаемые к их проведению:
представители общественности, средств массовой информации, местные авторитеты,
священнослужители, родные и близкие преступников. Участию их в переговорах
должна предшествовать предварительная проработка линии их поведения.
Переговоры с противником включают в себя три относительно
самостоятельных, но взаимосвязанных периода:
• подготовка к переговорам, обсуждению проблемы;
• выдвижение и обсуждение предложений и условий;
• достижение договоренности и обеспечение его выполнения.
Рассмотрим основные психологические особенности взаимодействия сторон в
каждом из указанных периодов.
Среди различных
способов организации переговоров особое место занимает способ «лицом к лицу»,
который одновременно является и самым эффективным (например, в отношении
психологического воздействия на преступника), и самым сложным, опасным в
отношении личной безопасности переговорщика, речевой нагрузки, выдерживания
смыслового контекста ведомого диалога, т. к. любая оговорка, попадание в логическую
ловушку, просто несдержанность могут свести на нет все усилия.
Необходимо
помнить, что в любом случае контакт «лицом к лицу» требует предварительной
проработки ситуации. Так, если переговорщик должен идти на открытый контакт в
ходе динамически развивающихся событий, то предварительные условия ведения
переговоров уже должны быть оговорены (в основном в отношении 6езопасности
переговорщика и сохранности жизни заложников, по крайней мере, во время самих
переговоров), если до переговоров есть время, то его нужно использовать для
максимального сбора информации о преступниках, заложниках, самой ситуации и
учесть все это при организации процесса переговоров.
Безусловно,
сильной стороной при переговорах «лицом к лицу» является то, что у преступника
открыты лицо, руки, а иногда и весь он сам, и даже когда лицо спрятано под
маской, жесты, мимика, выражение глаз или лица, как правило, успешно
дешифруются переговорщиком, чему способствует прямой зрительный контакт. Кроме
этого, практически неискаженная эмоциональная окраска речи может служить
опытному переговорщику ориентиром при применении тех или иных приемов
психологического давления на преступника. Можно попытаться использовать
логические ловушки, неожиданные повороты в диалоге, просить согласия на решение
некоторых вопросов и т. п., что в конечном счете «играет» на правоохранительные
органы больше, чем на преступника.
Однако необходимо
помнить, что все это может быть
направлено и против переговорщика, особенно если последний недостаточно
опытен, психологически менее устойчив («слабее духом»), чем преступник, не
сумел расположить его к себе, оказался не авторитетным. Кроме этого, дешифрация
личности происходит в отношении не только преступника, но и самого
переговорщика, поэтому перед открытым контактом необходимо позаботиться об
изменении, камуфлировании внешних данных переговорщика, если он и преступник
лично не знакомы.
Следует также
отметить, что при переговорах «лицом к лицу» наиболее желательно использование
личностно значимых для преступника граждан (безусловно, под строгим контролем
органов внутренних дел). Ими могут быть родственники, учителя, соседи,
сотрудники органов внутренних дел, соприкасавшиеся когда-либо с преступником
(чаще всего – следователи, сотрудники уголовного розыска), просто друзья и др.
При организации
переговорного процесса в условиях личного контакта с преступником оптимальным
считается ведение диалога один на один, однако, если ситуация не позволяет
этого, желательно добиваться того, чтобы в переговорах участвовало равное
количество человек как с одной, так и с другой стороны. При этом нужно
стремиться к тому, чтобы собственно разговоры велись только между одним переговорщиком
и одним преступником.
Следует отметить,
что между людьми, непосредственно ведущими диалог, образуется так называемая
зона эмоциональной вовлеченности (ЗЭВ), границы которой определяются вполне реальными
вещами, – громкость голоса, тембр, четкое изложение своей мысли, мимика лица,
выразительность жестов, эмоциональность речи и т п. Естественно, что основное
направление воздействия ЗЭВ говорящего человека располагается перед ним,
меньше – сбоку от него и еще меньше – позади. Вероятность эмоционального
заражения другого человека, попавшего в ЗЭВ, говорящего в острой стрессовой
ситуации, и, как следствие, снижения способности рационально мыслить и
действовать – достаточно велика. Этим собственно и обусловлено место
расположения и обязанности второго переговорщика, а также одно из правил
безопасного поведения в ходе переговоров: «Не подставляй спину!» (с отрыванием
контакта глаз может исчезнуть и значимость достигнутых договоренностей).
Важным является вопрос о личном оружии переговорщика. Зарубежные
исследователи проблем переговорной деятельности отмечают, что оружие у
переговорщика может быть, однако ему категорически запрещается его применять,
иначе сам институт переговорщиков как таковой, базирующийся на психологическом
контакте (т. е. доверии, сопереживании, взаимодействии), просто рухнет. Однако
определенные меры предосторожности должны быть предприняты, например, организация
снайперского прикрытия, путей отхода или ухода с места переговоров, запрещение
переговорщику использовать жесты или позы, которые могут быть истолкованы, как
подготовка к нападению. Кроме того, сам переговорщик не должен приступать к
переговорам, когда преступник сильно возбужден (необходимо постараться его
успокоить), или оружие преступника направлено на переговорщика (нужно
попросить опустить его).
В заключении
рассмотрения этого вопроса отметим особенность контакта с «душевно
неуравновешенными» людьми. В переговорах с ними «лицом к лицу» задачей № 1
является
успокоение
преступника. Кроме того, имеются следующие правила, которые должен соблюдать
переговорщик (до прибытия психиатра):
– не делать
резких движений, предупреждать о каждом своем последующем действии;
– принимать
философию преступника, но не идти у него на поводу, не поворачиваться к нему
спиной;
– внимательно
следить за поведением преступника, т. к. некоторые категории подобных лиц не
выдерживают контакта глаз, и, следовательно, возможна импульсивная реакция;
– речь,
обращенная к преступнику, должна быть четкой, по возможности «незамысловатой»,
без подтекста. [1]
Подготовка к переговорам. Как правило, подготовка к
непосредственному ведению переговоров проходит в ограниченное время. В этот
период целесообразно учесть следующее:
• особенности личности захватчиков, мотивы и цели преступников;
• прогноз поведения преступников;
• желательную процедуру ведения переговоров с ними;
• выбор лица, ведущего переговоры, и психолога-консультанта;
• организацию четкого взаимодействия между ведущими переговоры,
руководством и группой захвата.
3. Особую роль играет переговорная группа, служащая
связующей нитью между органами управления МВД, ФСБ и террористами. Опыт
показывает целесообразность привлечения к переговорному процессу
специалистов-психологов, лингвистов и др. Они могут помочь определить особенности,
этническую принадлежность, профессию, место проживания террористов.
С психологической точки зрения данный период является наиболее сложным.
Он характеризуется внезапностью действий преступников, их стремлением подавить
волю оппонента, навязать удобные для себя формы диалога. В ход идут угрозы,
шантаж, предъявляются ультимативные требования.
В такой экстремальной ситуации возможно затягивание переговоров с целью
выиграть время для уточнения обстановки. Выясняется число заложников, их
местонахождение, отношения с преступниками, состояние здоровья. Определяется
форма диалога с преступниками. Взвешиваются возможности использования различных
сил и средств, включая спецсредства и оружие. Важно не растеряться, успокоить
противников, ввести разговор в русло длительного обсуждения. Высказанные
преступниками угрозы, как правило, носят демонстративный характер. Именно
угрозы (а не их исполнение) являются по существу единственным аргументом
противника в стремлении достичь намеченного результата. Конечно, сначала инициатива
находится у преступников. Однако усилия по установлению контактов с ними,
поиску «общего языка», внушению им чувства доверия к переговорщику позволяют в
большинстве случаев перейти к более спокойному обсуждению ситуации.
Выдвижение и обсуждение предложений и условий. Основная проблема этого
периода переговоров связана с рассмотрением условий, которые выдвигают
преступники. Здесь может замедлиться темп событий, так как преступникам
приходится рассматривать варианты решений, предлагаемых переговорщиками. Вполне
вероятно, что лица, захватившие заложников, будут продолжать «психологическую
атаку», создавать трудности для рассмотрения по существу предмета переговоров.
Оправдавшим себя тактическим контрприемом является предложение преступникам
выделить своего представителя, чтобы в более спокойной обстановке обсудить
выдвинутые ими условия. Это обычно направляет переговоры в более спокойное
русло. Предмет переговоров обычно составляют:
• условия освобождения заложников (необходимо постоянно искать возможности
для уменьшения числа заложников);
• продукты питания для заложников и преступников;
• условия предоставления свободы захватчикам;
• вопрос о выкупе (возможно уменьшение первоначально заявленной суммы в
два, три, а иногда и в пять раз);
• вопрос об организации взаимодействия сторон.
В ходе обсуждения появляется возможность для перехвата инициативы,
которая обеспечивает повышение эффективности психологического воздействия на
преступников, склонение их к отказу от противоправного поведения. Успех переговоров
проявляется в том, что преступники снижают свою активность, теряют
последовательность в своих требованиях, занимают оборонительную позицию,
прислушиваются к доводам оппонента.
Диалог имеет смысл, если преступники гарантируют жизнь и здоровье заложникам.
В противном случае правомерно применение силы. На протяжении всех
переговоров необходимо поддерживать у преступников убеждение в возможном
удовлетворении их требований, чтобы удержать от насилия по отношению к
заложникам.
Достижение договоренности и обеспечение ее выполнения — это заключительный период
переговоров, когда принимается соответствующее решение. Чтобы обеспечить
реализацию принятого решения, необходимо обсудить вопросы:
• Имеется ли уверенность в том, что соглашения выполнимы?
• Существует ли взаимное согласие в том, что должно быть сделано?
• Обеспечивается ли выполнение действий таким образом, чтобы можно было
оценивать достигнутые результата? Переговоры с противником нередко заходят в
тупик. В основном это связано с выдвижением неприемлемых условий, когда
возможный вред соглашения превысит уровень того вреда, который уже имеется в
результате преступных действий. Это влечет постановку вопроса о применении
силы, если речь идет о сохранении жизни заложников, мирного населения. Поэтому
особенность таких переговоров в том, что иногда они являются переговорами
для прикрытия. Их необходимо вести так, чтобы противник не
почувствовал изменения тональности диалога, не догадался о принятом решении
подавить сопротивление силой. Здесь возможно фиктивное согласие на выполнение
требований, детальное обсуждение этой процедуры, демонстрация выполнения
выдвинутых противником условий и т.д. Чем больше контраст между успокаивающей
манерой ведения переговоров и внезапностью применения силы, тем эффективнее результат.
В этом смысл переговоров для прикрытия.
В экстремальных ситуациях захвата противником заложников необходим
комплексный подход к оценке перспектив переговоров и необходимости применения
силы, содержащий:
• оценку противника, его оружия, опыта, агрессивности, мотивов, толкающих
на применение насилия;
• проверку достоверности информации о том, что в отношении заложников уже
совершены преступные акции, и не носят ли они характер «ложной демонстрации»;
• допустимость применения силы исходя из требований безопасности
заложников и группы захвата.
Если речь идет о противоправных, но в принципе допустимых уступках, не
исключено достижение соглашения. Если переговоры заходят в тупик, реализуется
схема действий, предусматривающая применение силы. В любом случае переговоры
приводят к конкретному варианту разрешения сложившейся ситуации. Если
достигнута договоренность с противником, следует четко оговорить условия
освобождения заложников, предупреждения возможного обмана и срыва соглашений,
нового обострения ситуации.
Важным фактором успеха на переговорах с противником является
подготовка лиц, их ведущих. Опыт указывает на необходимость специального отбора
людей, которые могли бы заниматься этой специфической деятельностью. В США в
каждом подразделении полиции имеется штат переговорщиков. Есть специальные
программы их подготовки. В Германии в последние два десятилетия переговоры с
преступниками выделены в самостоятельную функцию полицейской деятельности. Они
являются обязательным компонентом действий полиции в случаях захвата
заложников, угроз террористических актов, задержания преступников. Сложилась
структура групп ведения переговоров. В их состав входят руководитель группы,
лица, ведущие переговоры, психолог-консультант, техник, секретарь. Об
эффективности переговоров с террористами свидетельствуют данные мировой
статистики: 80% всех заложников удалось освободить в результате переговоров.
Наибольшее число жертв приходится на первые два часа после захвата заложников
(Т. Мамаладзе). Потери в первые часы переговоров, как правило, связаны с
непрофессиональными действиями силовых структур, а также со стрессовым
состоянием преступников.
В большинстве случаев в переговорах местного масштаба принимают участие
или их готовят офицеры воспитательных структур, обладающие психолого-педагогическими
знаниями в большей степени, чем командиры подразделений и частей. В то же время
решение на переговорах остается за командиром. Командиры самостоятельно
принимают решение на проведение переговоров с противостоящей стороной в 45% ситуаций.
В остальных случаях они идут на переговоры с разрешения вышестоящего
руководства. Переговоры местного масштаба, как правило, скоротечны. Большинство
из них длится несколько часов, редко — до одних-двух суток. Часто они
начинаются без предварительной подготовки.
Опыт показывает, что положительный результат переговоров не является
обязательным для вооруженных формирований, которые могут или нарушить его,
«подставив» тем самым своих переговорщиков, или расправиться с участниками
переговоров, как это было в ходе чеченского конфликта (Самашки, 1995 г.).
Несмотря на это, в более чем 70% ситуаций достигнутые соглашения соблюдались
обеими сторонами. На эффективность переговоров влияют:
• обладание переговорщиком знаниями и умениями в области переговорного
процесса, т. е. его профессионализм;
• знание особенностей психологии местного населения, его традиций и
обычаев, уважительное отношение к людям;
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6
|