В-третьих,
можно перенять опыт Швеции и установить, что работодатели, имеющие десять и
более работников, обязаны ежегодно составлять таблицу разницы в зарплате своих
сотрудников для выявления неоправданных различий в зарплате. Но в России для
того, чтобы данный механизм действовал, необходимо внести изменения в налоговое
законодательство.
В настоящее
время трудовое законодательство в значительной степени ориентируется на
работника, не обремененного семейными обязанностями. Но, в то же время,
наиболее важный для профессиональной карьеры период, как правило, совпадает с
появлением в семье малолетних детей и перегрузками в выполнении домашних дел
(см. табл. 3). Достижение подлинного равноправия мужчин и женщин на рынке труда
невозможно без обеспечения условий совмещения трудовых обязанностей с
семейными. Отводя женщине традиционную роль обслуживания членов семьи, общество
считает эту ее функцию не столь важной и не требующей образования. В этих
условиях женщины теряют профессиональные навыки и конкурентоспособность на
рынке. Особенно жестким мерам дискриминации подвергаются слабо защищенные в
социальном отношении работники, и в большей степени женщины, имеющие
несовершеннолетних детей. По мнению С. Трошиной, женщина, которая является
единственным кормильцем в семье, с большим прилежанием и рвением исполняет
трудовую функцию, чем состоящая в браке по двум причинам: во-первых, она имеет
больше времени на самоподготовку, во-вторых, потеря работы в условиях
безработицы означает голодную смерть детей и престарелых родителей.[96] Этими психологическими
мотивами пользуется работодатель для введения внеэкономических мер
дискриминации. Однако п. «в» ст. 5 Конвенция ООН «О ликвидации всех форм
дискриминации в отношении женщин» от 18 декабря 1979 г. предлагает государствам-участникам
по-новому оценить значение семейного воспитания и рассматривать роль
материнства как одну из социальных функций. Данному обстоятельству будет
способствовать признание государством общей ответственности мужчин и женщин за
воспитание детей, и что эту задачу должны выполнять не только женщины.
Во многих
странах проводиться планомерная политика по приведению национального
законодательства в соответствие со стандартами международного права и по
искоренению данного вида дискриминации.
Как отмечает
Комитет экспертов МОТ при анализе докладов стран-участниц Конвенции МОТ № 111
«Относительно дискриминации в области труда и занятий» 1958г.,[97] изменения в национальном
законодательстве различных стран сейчас имеют тенденцию ограничивать защиту
женщин, чтобы не нанести ущерб принципу равенства возможностей, и иногда
беременность работницы даже игнорируют, кроме случаев, когда условия работы
могут нанести вред здоровью будущей матери и ее ребенку. В законодательстве Бельгии предусматривается, что эти условия работы
должны быть основаны на оценке рисков определенных работ в пределах
предприятия. В оценке рисков должен участвовать врач, он также определяет
профилактические меры, которые будут приняты работодателем. Профилактические
меры включают в себя как меры общего характера, т. е. применимые ко всем
работающим женщинам, так и индивидуальные меры, продиктованные специфическими
условиями конкретной работы. Женщины-работницы должны быть проинформированы о
рисках, которым они будут подвергнуты и о предосторожностях, которые могут
быть приняты на работе в случае беременности.
Нужно отметить, что в российском
трудовом законодательстве существует наряду с запрещением дискриминации по
признакам пола льготный подход к регулированию труда женщин: перевод на другую
работу, исключающую воздействие неблагоприятных производственных факторов,
беременных женщин и женщин имеющих детей в возрасте до полутора лет, с
сохранением среднего заработка по прежней работе; отпуска по беременности и
родам, по уходу за ребенком; предоставление перерывов в работе для кормления
ребенка; запрещение расторжения трудового договора по инициативе работодателя
с беременными женщинами, за исключением случаев ликвидации организации и
т.п.(ст.ст. 254, 255, 258, 261, ТК РФ). Кроме того, в российском
законодательстве предусмотрена уголовная ответственность за необоснованное
увольнение беременной женщины (ст. 145 УК), за это преступление предусмотрен
штраф в размере от 200 до 500 МРОТ либо в размере заработной платы осужденного
от двух до пяти месяцев. Чаще всего до суда дело не доходит, но в России надзор
за соблюдением прав граждан, в том числе индивидуальных и коллективных прав
женщин, возложен, помимо прочего, на Прокуратуру РФ. В результате проведенного
мной анализа, я пришла к выводу, что граждане обращаются с заявлением в
прокуратуру чаще, чем в суд. За сравнительно короткий период времени (ноябрь
2003г. – март 2004 г.) Лодейнопольская Городская прокуратура Ленинградской
области возбудила три надзорных производства по заявлениям работниц организаций
различных форм собственности (МУП «Молокозавод»[98], ООО «Боспор»[99], МУЗ
Лодейнопольская Центральная больница[100])
по факту их незаконного увольнения в связи с наступившей беременностью. В
результате проведенной проверки ни одно дело до суда не дошло, работницы были
восстановлены на работе и им выплатили средний заработок за вынужденный прогул
в добровольном порядке.
Эти гарантии сейчас чаще всего и
являются причиной дискриминации женщин при найме на работу. “Борьба предприятия
за выживание сделала женщину первым кандидатом на увольнение и последним при
приеме на работу”[101]. Женская рабочая сила просто невыгодна работодателю.
Для решения
этой проблемы авторы Концепции законотворческой деятельности по обеспечению
равных прав и равных возможностей мужчин и женщин указывают на необходимость
перехода от предоставления льгот женщинам к предоставлению льгот родителям или
работникам с семейными обязанностями. Должны быть разработаны программы,
которые могли бы повысить интерес мужчин к уходу в «родительский отпуск».[102]
В свое время
участники движения женщин Швеции против дискриминации требовали освобождения от
двойной роли женщины, указывая на то, что мужчины должны взять на себя долю
домашних обязанностей, в то время как работа, выполнявшаяся ранее женщинами
бесплатно (уход за детьми и т. п.), должна осуществлять при поддержке общества.
Следствием
этого явилось включение в систему страхования по уходу за детьми в Швеции
отцовский месяц, который означает, что 30 дней из родительского отпуска резервируется
для отца и не могут быть переданы матери. Кроме того, мужчины имеют право на
десять дней одноразового оплачиваемого отпуска в связи с рождением ребенка.
Например, в 1994 году в Швеции 45% мужчин использовали отпуск по уходу за
детьми.[103]В
ст. 256 ТК РФ предусмотрено, что отпуска по уходу за ребенком могут быть
использованы полностью или по частям также отцом ребенка. Данная формулировка
статьи свидетельствует о принципиально иной позиции российского законодателя.
Эта норма скорее не направлена на выравнивание прав полов и на практике будет
действовать в случае, если отец ребенка получает меньше своей жены.
В соответствии с Рекомендацией МОТ № 123 «О труде женщин с семейными обязанностями» 1965 г.[104] компетентные органы власти должны в сотрудничестве с соответствующими общественными и частными организациями, включая организации предпринимателей и трудящихся, и в соответствии с национальными и местными потребностями и возможностями: - проводить соответствующую политику с целью дать возможность женщинам с семейными обязанностями, которые работают вне своего дома, пользоваться своим правом на труд без какой-либо дискриминации (а,1); - принимать все меры в соответствии с Конвенцией 1964 года о политике занятости и с Рекомендацией 1964 года о политике занятости, которые позволяли бы женщинам с семейными обязанностями включаться или оставаться включенными в рабочую силу, так же как и вновь войти в состав рабочей силы (7,IV). Должны быть приложены особые усилия для развития сети учреждений по оказанию помощи в домашней работе, проводящих свою работу под руководством или контролем государственных органов и обеспечивающих женщинам с семейными обязанностями, когда это вызывается потребностями семьи, квалифицированную помощь за разумную плату (12,V). Необходимо уделять внимание по мере возможности и в соответствии с местными потребностями таким вопросам, представляющим особый интерес для трудящихся женщин с семейными обязанностями, как, например, организация общественного транспорта, согласование часов работы, часов учебы в школе и работы детских учреждений, а также обеспечение за низкую плату служб, упрощающих и облегчающих выполнение домашней работы (11,V).
В результате можно сделать вывод, что политика российского законодателя
в области искоренения дискриминации лиц, обладающих семейными обязанностями,
довольно противоречива. Во-первых, льготы предоставляются женщинам и,
во-вторых, отсутствуют всякие поощрительные меры, стимулирующие мужчин
участвовать в распределении обязанностей по уходу за детьми и т. п. Может
сложиться впечатление, что семейными обязанностями в РФ обладают только
женщины. Разумеется, довольно сложно изменить традиционный взгляд на роль
мужчины в семье. Политика равноправия должна проводиться не только через
изменения на рынке труда, но и через продуманную семейную политику. В
соответствии с этим должны быть разработаны программы, которые могли бы
повысить интерес мужчин к уходу в «родительский отпуск».
Целесообразно было бы ввести процедуры, направленные на реабилитацию
профессиональных качеств женщины, вышедшей из отпуска по уходу за ребенком.
Профессиональная
сегрегация проявляется в устойчивом разделении профессий и должностей между
разными группами (полами) работников. Она связана, во-первых, с неравным
распределением мужчин и женщин по отраслям и профессиям (горизонтальная
сегрегация) и, во-вторых, с низкой доступностью для женщин престижных профессий
и должностей, связанных с ответственностью и принятием решений (вертикальная
сегрегация).
Горизонтальная
сегрегация. Исследователи отмечают тесную
взаимосвязь между темпами роста заработной платы в отрасли и вытеснением из нее
женской рабочей силы. В частности, на 15-17% [105] сократилась доля женщин в
таких ранее высокофеминизированных отраслях как торговля, общественное питание,
кредитование, финансы, страхование. И одновременно именно в этих отраслях за
прошедшие годы отмечался наиболее быстрый прирост заработной платы. Этот
процесс легко проиллюстрировать на примере банковской сферы, где в 1990-1995
годах доля женщин в числе занятых снизилась с 90% до 77% при параллельном
резком росте заработной платы (так, например, в 1993 году средняя зарплата в
банках в 2,5 раза превысила среднюю по всем отраслям народного хозяйства)[106]. Результатом стал приток в
сферу банковской деятельности значительного числа мужчин и соответствующее
относительное снижение доли женщин. Высокий уровень феминизации профессии
довольно часто является точным индикатором ее низкого социального престижа.
Острой
продолжает оставаться проблема использования труда женщин на тяжелых работах и
работах с вредными условиями. Можно отметить существование двух подходов к
этой проблеме. Представители первой точки зрения настаивают на отмене
категорического запрета применения труда женщин на тяжелых, вредных и опасных
работах. Их основной довод – «возможность реализации женщинами своих прав на
участие в общественном производстве в нынешних условиях феминизации бедности и
нищеты».[107]
Одновременно предлагается разработать специальную программу мер, стимулирующих
организации к улучшению условий труда работников, в том числе женщин, прежде
всего за счет улучшения технологии. Последнее предложение, на мой взгляд,
заслуживает внимания, тем более, что, по мнению экспертов МОТ, зафиксированному
международной конференцией в сентябре 1995 года в Санкт – Петербурге,
«государства, реализующие льготно – компенсаторный принцип, представляют
опасность для мирового сообщества»[108].
Это объясняется тем, что льготы и компенсации привлекают рабочую сил, тем самым
фактически консервируются опасные для здоровья человека технологические
процессы. Вторым доводом является то, что запрет труда женщин на тяжелых
работах и работах с вредными условиями труда повлечет увеличение числа безработных
женщин.[109]
Второй точкой зрения по этому вопросу является утверждение необходимости
запрещения труда женщин в этой сфере.[110]
Новый Трудовой Кодекс (ст.253) заменил существовавший ранее запрет (ст. 160
КЗоТ) на новую формулу – «ограничение» применения труда женщин на тяжелых
работах и работах с вредными и опасными (новый термин) условиями труда, а также
на подземных работах. Хочу отметить, что закон не разъясняет термин
«ограничение». Эти ограничения, согласно Конституции РФ (ч. 3, ст. 55) могут
вводиться федеральным законом в целях защиты основ конституционного строя,
нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения
обороны страны и безопасности государства.
Вертикальная
сегрегация. Комитет экспертов МОТ при анализе докладов
стран-участниц Конвенции МОТ № 111 «Относительно дискриминации в области труда
и занятий» отмечает, что для достижения равенства возможности в сфере
занятости, нужно уделить внимание вертикальной профессиональной сегрегации.[111] В многих странах существует
так называемый "стеклянный потолок" (невидимый барьер), который
лишает женщин возможности занимать более высокие должности.
Это относится и к Российской Федерации, в
которой, как и раньше, сохраняется исключительно низкая представленность женщин
на уровне принятия решений как в государственном, так и в негосударственном
секторах занятости. Если среди высших государственных служащих женщины
составляют всего 5,7%, то в категории старших служащих их насчитывается
практически половина - 49,9%, а в категории младших - свыше 80%[112]. Точно такая же гендерная
"пирамида власти" характерна и для всех иных властных структур на
федеральном уровне. Аналогичным образом выглядит ситуация и в
негосударственном секторе. В том же 1995 году среди владельцев и управляющих 125
крупных московских компаний было всего лишь две женщины, а среди 138
представителей бизнес-элиты - только 11 женщин (8%).
Причины
вертикальной сегрегации различны и связаны как со стереотипизацией женщин, так
и с историческими предпосылками. «Нынешняя власть состоит из трех видов
"рекрутов": первый - номенклатура (где женщин не было по определению,
потому что мы были патриархальное, тоталитарное государство); второй - вся
дипломатическая "тусовка" (до перестройки женщин в МГИМО, как
правило, не брали); третий - бизнес (но только его верхний этаж, который может
свои финансы конвертировать во власть. На верхних этажах женщин нет опять-таки
ни одной.)»[113].
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10
|