Рассуждение Локка о «равенстве» означало лишь признание
равных прав для всех людей на личную свободу и её использование в своих
интересах.
В своём учении о возникновении государства Локк считал,
что народ в далёкие времена, когда стало намечаться превращение естественного
состояния в противоестественную «войну всех против всех», большинством голосов,
«ради взаимного сохранения своих жизней, свобод и имущества», принял решение о
заключении общественного договора. Этим договором было создано государство, и правительству
вручена власть от имени пришедших к взаимному соглашению граждан. Правительство
не устанавливало законов, ибо «законы» (имея в виду их содержание), согласно
Локку, действовали уже в естественном состоянии, но они обязаны были обеспечить
соблюдение законов, создав «писаное право», суд и т.д., гарантируя жизнь,
личную свободу и частную собственность граждан. Само правительство обязано
подчиняться законам, что вытекает и из локковской теории разделения властей.
Согласно убеждениям Локка, государственная власть не может ни у кого отобрать
частную собственность без его на то согласия. В понятие частной собственности
Локк включает все, принадлежащее человеку, в том числе его личную свободу.
Таким образом, свобода человеческой личности и наличие частной собственности
для Локка – неразрывные понятия. По Локку, в отличии от Габбоса, сувереном
является не правитель, а нация. Следовательно, правительство подчинено нации.
Так, например, если правитель, уполномоченный народом на исполнение своих
обязанностей, не поддерживает существующее право, поступает вопреки ему и
извращает законы, то подданные вправе расторгнуть с ним общественный договор.
Отсюда вытекает, что в принципе народ имеет право на вооружённую защиту своих
прав, на революцию. Поскольку же программа «разумного» политического
устройства, согласно Локку, целиком выполняется установлением конституционной
монархии, то народ практически теряет право на дальнейшее революционное
преобразование. Так Локк подтвердил теоретический фундамент под политический
переворот 1688 г.
Выдвинутая Джоном Локо теория, которая носила
буржуазно-либеральный характер, не имела целью защиты интересов трудящихся
масс. Интерес широких трудящихся масс, низов народа его мало беспокоил. И не
случайно, что если, с одной стороны, он ещё в 1689 г. поставил вопрос об устранении вопиющих диспропорций в избирательной системе, ущемлявших
прежде всего права буржуазии (вопрос о так называемых гнилых местечках,
получивший разрешение только в 1832г.), то с другой стороны, он вовсе не
заботился о расширении избирательных прав народных масс. О последнем
свидетельствует проект административного устройства, составленный Локком в
1669г. для частной английской колонии «Каролина» в Сев. Америке, отданной
Карлом II во владение 8 лордам. Введённое там, согласно рецептам Локка,
управление было столь угнетающим для английских переселенцев, что спустя 20 лет
они всё же добились отмены этих порядков.
В 1692 и 1695 гг. вышли в свет три экономические статьи
Локка под общим заглавием «Некоторые соображения о последствиях понижения
процента и повышения ценности монеты». С позиции более высоких, чем
меркантилизм, он рассматривает в них вопросы монетарного обращения. Основой для
теоретико-экономических изысканий Локка было его практическое участие в
деятельности финансового капитала.
Среди различных сочинений и набросков Локка, посвященных
вопросам педагогики, главнейшей работой являются «Некоторые мысли о воспитании»
(1693) – книга, известная русскому читателю ещё в переводе 1759 г. Политические и философские взгляды Локка и его практический опыт воспитателя нашли здесь свою
реализацию. Целью всей системы педагогического воздействия на ребёнка и
подростка Локк считает воспитание аристократически-буржуазного джентльмена,
сквайра. Это воспитание носит индивидуальный характер. Главное внимание при
этом обращается на выработку тех практических навыков, которые потребуются сыну
«состоятельных родителей» в условиях буржуазного общества.
Наряду с неприемлемыми для нашей, советской, педагогики
идеями в «Мыслях о воспитании» было не мало ценных положений. Многие из них
оказали глубокое воздействие на практику и теорию педагогики XVIII в.( в частности,
на педагогику Ж.Ж.Руссо) . Они не потеряли своего значения и в наши дни. В
соответствии с исходными материалистическими посылками Д.Локк считает, что
предпосылкой правильного воспитания является укрепление физического здоровья
ребёнка. Мыслитель подчёркивает далее, что характер и мировоззрение подростка
зависят прежде всего от воздействия на него окружающей среды, и осуждает
схоластические методы обучения. Особое внимание Локк обращает на нравственное
воспитание молодого поколения. Он призывает развивать естественные способности
детей, их самостоятельность, внимательно учитывая при этом их индивидуальные
способности.
В последние годы жизни Локка возрос его интерес к
религиозным проблемам. Если в «Письмах о веротерпимости» он стремился прежде
всего отстоять свободу в религиозных убеждениях, то теперь он занялся
разработкой той общей основы, на которой можно было бы, по его мнению,
примирить различные разновидности христианской религии. Но и вышедшая в 1695 г. его работа «Разумность христианства, как оно передано священным писанием», написанная,
возможно, по прямому поручению Вильгельма III Оранского, представляет собой не
какое-то резюме – из обветшалой догматики официальной церкви, а
рационалистическую версию религии в духе, близком к деизму и к одной из
разновидностей еретических течений XVI-XVII вв. – социнианизму (антитринитаризму).
Локк высказывается за так называемую «естественную религию», которая была бы
своего рода посредствующим звеном между христианской верой и наукой. В
«Разумности христианства» и в двух последовавших полемических добавлениях он
продолжает оставаться защитником веротерпимости и отделения церкви от
государства, не соглашаясь в этом вопросе с точкой зрения Гоббса. Но
веротерпимость Локка не распространялась на два крайних полюса в области
взглядов на религию – ортодоксальный католицизм, который был знамение Стюартов
и всей феодальной реакции, и на атеизм, страшный для богобоязненного буржуа. На
католицизм Локк указывает как на доктрину, по своей сущности несовместимую с
веротерпимостью, а на атеизм – как на учение, якобы делающее невозможной
государственную присягу. В текст конституционного устройства провинции
«Каролина» Локк вписал даже специальный пункт, лишающий атеистов гражданских
прав.
28 октября 1704 г. Локк умер. После философа остался
большой архив, наглядно свидетельствовавший о значительном кругозоре Локка:
среди большого числа рукописей здесь были два черновых наброска «Опыта о
человеческом разуме». Второй вариант «Опыта» был опубликован в 1931 г. английским историком философии В. Рэндом. В 1936 г. профессор Уэльского университета Р. Аарон
издал текст первого варианта книги. Эти публикации позволили установить,
насколько значительным было влияние на Локка идей гассендизма. В архиве
философа, кроме того, было обнаружено сочинение «Несколько мыслей об
употреблении разума при поисках истины», представляющее собой дополнение к
«Опыту» (издано примерно в 1706 г .), дневники, разнообразные заметки и свыше
2500 писем. С 1747 г. архив Локка принадлежит Бодлеенской библиотеке
университета Оксфорда.
2. Критика Локком учения о врождённых идеях
Рассмотрим философски воззрения Джона Локка в том виде, в
каком они изложены прежде всего в его «Опыте о человеческом разуме», труде,
который составил в истории философии новую эпоху и был первым в европейской
литературе произведением, целиком посвящённым теории познания. А.И Герцен в
«Письмах об изучении природы» отмечал, что это произведение – «нечто вроде
логической исповеди рассудочного движения». Компромиссное решение Локком
политических и религиозных вопросов вело и к компромиссной позиции в философии.
Основное же ядро его философских взглядов оставалось, однако,
материалистическим.
Было бы неправильно утверждать, что Локк сводил свою
философию к теории познания. Бесспорно то, что разрешение главнейших
гносеологических вопросов он считал первоочередной задачей философии своего
времени. Теория познания не могла строиться иначе, как на определённых
общефилософских предпосылках. Локк хорошо понимал это и разрабатывал её в
основном на базе материалистической теории бытия.
Одним из исходных положений теории познания Локка был
тезис о происхождении всего человеческого знания из опыта. Это был тезис
эмпиризма, высказанный ещё во времена античности, например Эпикуром; «Разум
целиком зависит от чувственных восприятий».
Но эмпиризм может быть различным, так как под «опытом»
можно понимать либо чувственные восприятия людей (такой эмпиризм называется
сенсуализмом), либо состояния психики вообще и в частности разума (эмпирический
рационализм). Сенсуализм в свою очередь бывает либо идеалистическим, когда
отрицают существование внешнего материального источника у ощущений (Беркали),
либо материалистическим, когда опыт рассматривается как совокупность
чувственных восприятий внешних объектов. Именно такого рода сенсуализм присущ
теории познания Локка.
Джон Локк выступил продолжателем материалистической линии
Бэкона, Гоббса и Гассенди. Посвятив в этой области свои усилия всестороннему
развитию эмпиризма, Локк развил его как материалистический сенсуализм и дал
обоснование его «главному принципу – происхождению знаний и идей из чувственного
мира». Но для того чтобы обосновать материалистический сенсуализм, необходимо
было подвергнуть основательной критике теоретическую основу существовавшего
тогда антисенсуалистического и по своей сущности идеалистического течения в
теории познания, признающего особое внечувственное знание. Этой критике и
посвящена вся первая книга «Опыта о человеческом разуме».
Теоретической основой идеалистического учения о
внечувственном знании было во времена Локка учение о врождённых идеях,
основанное ещё древнегреческим философом – идеалистом Платоном, который процесс
«подлинного» познания истолковал как «воспоминание» идей. Локку пришлось иметь
дело в основном с той средневековой традицией, которая восходила ещё к
Августину и считала наиболее общие принципы и понятия (например, понятие бога)
врождёнными человеческому уму.
Локкова критика была направлена не в дин адрес.
Совокупным адресатом её была почти вся схоластическая и университетская
философия. Но были и более определённые объекты критики: картезианцы-идеалисты,
в частности Николай Мальбранш (1638-1715), кембриджские платоники во главе с
Генри Мором (1614-1687) и Ральфом Кэдвортом (1617-1688 ), а также английский
философ Герберт Чербери.
Объектом локковской критики являлся также и Декарт. В
«Метафизических размышлениях» он писал о врожденной идее как о такой идее,
которая «произведена вместе со мною тогда, когда я был создан, подобно идее обо
мне самом».
Критика учения о врожденных идеях и вообще о
внечувственном знании была по существу дела критикой идеализма и опиралась в
«Опыте» Локка на глубокое его убеждение в существование внешних объектов независимо
от человеческого разума. Характерно, в частности, что Локк в ходе полемики
считает очень убедительным пример со слепорождённым. Локк убеждён, что
слепорождённый после снятия с его глаз катаракты познаёт различные цвета
исключительно только в силу воздействия материальных предметов на его орган
зрения. В другом месте книги предположение о врождённости идей чувственных
качеств английский философ считает «верхом противоречия с разумом и опытом». О
материалистическом характере локковской критики свидетельствуют и его
«Замечания на некоторые книги г-на Норриса, рассматривающего в них мнение
Мальбранша о том, что мы видим все вещи в боге» (1693). Здесь, как и в другой работе
«Исследование мнения Мальбранша», Локк отрицает то, что источником идей для
человека является восприятие бога. Недаром впоследствии субъективный идеалист
Давид Юм, хорошо распознав материалистический характер критики теории
врождённых идей в своём «Исследовании о человеческом уме» доказать, что сама
проблема будто бы надумана Локком.
Критика учения о врождённых идеях связывается Локком с
критикой религиозной ортодоксии: отсутствие подобных идей означает отрицание
божьей опеки над людьми, отсутствие божественного промысла. А на последних
страницах I книги «Опыта» автор обращает внимание и на широкое общественное
значение ниспровержения врождённых идей: признание их выгодно тем, кто в
корыстолюбивых интересах желает заставить других безропотно подчиниться своему
господству. «При такой слепой доверчивости легче было управлять и пользоваться
для тех, которые имели способность и обязанность руководить другими и
устанавливать принципы». Намёк Локка явно относился к феодальным политической и
церковной господствующим кликам. Свою картинку он увенчивает отрицанием
врождённости идеи существовании бога, которую Локк относит к разряду «сложных» т.е
производных идей.
Критика Локка умело обнажала слабые пункты теории
врождённых идей. Локк опровергает аргументацию сторонников этого учения,
основанную, в частности, на мнимом факте «общего согласия» людей относительно
истинности некоторых идей и на утверждении, будто существуют особые понятия,
сразу являющиеся разуму, едва тот начинает мыслить. Локк отмечает, что есть народы,
которые отнюдь не «согласны» с идеей бога. Далее он указывает на невозможность
мышления до того, как разум сможет располагать чувственными идеями, и на
неубедительность понятия о потенциальном знании, заложенном в ещё «немыслящем»
мышлении. Последнее соображение подрывало учение Лейбница о врождённых
потенциях, которое было одной из наиболее рафинированных разновидностей Теории
врождённых идей.
Однако Локк не считал возможным полное отрицание
врождённой предрасположенности психики ребёнка к ряду способностей, страстей и
к тому, что называют инстинктами. Отрицать это полностью означало бы прийти в
противоречие с материалистическими посылками мировоззрения; но здесь Локк не
избежал некоторых преувеличений считая, например, врождённой способность
именовать вещи.
В своей критике английский материалист на каждом шагу
апеллирует к фактам, среди них: и рассмотрение медицинских примеров, и
различные данные различные развития детской психологии, и этнографические
сведения. Если бы врождённые идеи существовали, то люди знали бы их раньше
других истин, так что дети и представители малоразвитых народов осознавали бы
их с особенной ясностью. Заметим здесь же, что допущение, будто между народами
якобы существует изначальное неравенство, независимо от воздействий внешней
среды, Локк отвергает как совершенно необоснованное.
Большое принципиальное значение имела критика взгляда,
вытекающего из учения о врождённых идеях, будто общие идеи, как правило,
составляют начальный этап познания. Разбирая этот вопрос в I книге «Опыта»,
Локк возвращается к нему и в IVкниге (глава седьмая «О максимах»). Локк
отрицает какую-либо изначальную очевидность логических законов и математических
аксиом. Не будучи бесспорными истинами, они, следовательно, не могут быть, по
мысли Локка, и самыми первыми посылками в процессе развития науки. Отсюда
вытекает важнейший для дальнейшего развития знания вывод о том, что сами
аксиомы должны получать определённое обоснование, а процесс восхождения в науке
от частных фактов к общим положениям подлежит специальному изучению. Сильнейшее
подтверждение этому выводу дали в конце XIX века попытки геометров доказать
постулат Эвклида о параллельных, которые привели к гениальному открытию
Лобачевского. Установление парадоксальных свойств бесконечных множеств показало,
что не во всех случаях действуют и самые, казалось бы, очевидные арифметические
аксиомы, а создание и практическое применение различных систем математической
логики привели к подобному выводу и в отношении некоторых законов
формально-логического мышления. Впрочем, у Локка возникла некоторая
непоследовательность в вопросе о месте общих идей в познании, когда он в
отдельных случаях допускал так называемое «самоочевидное знание».
Страницы: 1, 2, 3, 4
|