- систематическое нарушение налогового законодательства
(непредставление деклараций и т.п. Отказ в возмещении НДС ни в коем случае не
должен становиться санкцией за такого рода нарушения, которые, в отрыве от
других обстоятельств, никак не могут подтверждать искусственный, неэкономический
характер деятельности налогоплательщика).
При анализе обстоятельств совершения конкретных операций,
в связи с которыми налогоплательщик требовал возмещения НДС, уплаченного поставщикам,
Суд принял во внимание следующие особенности:
- случайная, единичная операция, отличающаяся от обычной
хозяйственной деятельности данного налогоплательщика, то есть непрофильная
сделка (непрофильная сделка может привлечь внимание проверяющих, однако факт
совершения такой сделки не может рассматриваться как предосудительный);
- "удаленный" характер операции, случайная
деятельность не по месту нахождения компании и обычной географии ее бизнеса
(это обстоятельство само по себе также может служить лишь для привлечения
повышенного внимания к сделке, но не в качестве самостоятельного основания для
вывода о неэкономическом характере деятельности налогоплательщика);
- "бумажный" характер операции, то есть
отсутствие фактического движения товаров (налоговые органы и суды часто
обращают внимание на отсутствие у налогоплательщика складских помещений,
транспортных средств, договоров перевозки и хранения грузов и т.п. Однако
торговая деятельность может проводиться способами, возлагающими обязанности по
доставке и хранению товаров на третьи лица, поэтому подобные доводы требуют
специального обоснования, не сводящегося к формальным придиркам);
- использование при расчетах "непривычных" форм
(векселя, займы, бартер и т.д.), совпадение сроков платежей и др. (эти
обстоятельства важны, но только как свидетельства групповой согласованности
операций, как подтверждение "транзитного" характера платежей,
необъяснимого разумными деловыми целями);
- применение нерыночных цен или резкое различие цен при
продажах в рамках одной цепочки (эти обстоятельства могут быть обусловлены как
вполне понятными бизнес-обстоятельствами, так и незаконными целями, не
связанными, однако, с мошенничеством в отношении НДС (хищение и т.п.).
Незаконный характер операций не во всех случаях может служить основанием для
отказа в возмещении НДС);
- отсутствие "деловой цели" операции (суды
считают, что деловая цель отсутствует, если сделка не принесла
налогоплательщику прибыли. При этом подсчеты результатов хозяйственной операции
зачастую ведутся непрофессионально. Типовая ошибка - учет в составе расходов
налогоплательщика сумм НДС, уплаченных поставщику. Следует также учитывать, что
"деловая цель" не ограничивается получением сиюминутной прибыли.
Бесприбыльные сделки совершаются для завоевания рынка, вытеснения конкурентов,
в маркетинговых и РR-целях и др.).
Следует сделать вывод, что ни одно из так называемых
подозрительных обстоятельств не может быть в своей основе незаконным или даже
предосудительным. Поэтому выявление таких обстоятельств не должно приводить к
тому, что налогоплательщик окажется перед необходимостью объяснения бизнес-цели
своей деятельности. Это было бы возложением на него бремени доказывания своей
экономической состоятельности в любой ситуации, просто показавшейся кому-то
подозрительной.
Обязанность налоговых органов по доказыванию в делах об
отказе возместить НДС должна состоять из трех составных частей.
Во-первых, необходимо доказать наличие каждого
фактического обстоятельства, лежащего в основе позиции налогового органа
(например, действительно непрофильный характер сделки).
Во-вторых, необходимо представить доказательства
возможности использования каждого из этих обстоятельств в отдельности в
негативном плане, то есть обосновать выводы о наличии признаков,
свидетельствующих о возможном правонарушении (например, коммерческая
направленность данной непрофильной сделки ставится под сомнение, поскольку ее
предметом было специфическое имущество, имеющее ограниченное потребление на зарубежных
рынках, так что для поиска покупателей требуются усилия, которых
налогоплательщик в действительности не предпринимал).
В-третьих, необходимо обосновать, почему доказанная
совокупность фактических обстоятельств, каждое из которых в отдельности не
свидетельствует со стопроцентной уверенностью о совершенном правонарушении, во
взаимосвязи образует систему и может служить основой для вывода об отсутствии
"экономической деятельности" и "реализации".
Но если налоговые органы не смогли доказать нереальность
сделки, то они не вправе отказывать в вычете (возмещении) НДС из-за того, что
расходы, по их мнению, необоснованны.
Понятие "экономически обоснованный расход" в
том значении, в каком оно применяется в главе 25 НК РФ, не имеет никакого
отношения к НДС. Это прямо следует из статьи 171 НК РФ; в качестве одного из
условий для вычета данная статья указывает использование покупки для операций,
облагаемых НДС, но не пресловутую экономическую обоснованность расходов.
Наиболее полно Высший Арбитражный Суд РФ раскрывает
признание необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды в
Постановлении Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 г. N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком
налоговой выгоды". "Судебная практика разрешения налоговых споров
исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков:
Под налоговой выгодой для целей настоящего постановления
понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности,
уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы,
применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат
(зачет) или возмещение налога из бюджета.
В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде
налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства
необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды.
Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в
частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в
соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не
обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового
характера)".
Определением Конституционного суда РФ от 25 июля 2001 г. N 138-О была введена категория недобросовестности налогоплательщика, которая заработала на
благо бюджета, пожирая виновных и невинных. Опасность для налогоплательщика
состояла в непредсказуемости оценки его поведения со стороны государства и в непредсказуемости
последствий, поскольку налогоплательщику не объявили, по каким признакам его
поведение будет оцениваться как недопустимое. Постановлением Пленума от 12
октября 2006 г. N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности
получения налогоплательщиком налоговой выгоды" Высший Арбитражный Суд РФ
подводит итоги судебных споров в налоговой практике о недобросовестных
налогоплательщиках, о которых Конституционный Суд РФ упомянул в Постановлении
от 12 октября 1998 г. N 24-П.
Понятие недобросовестности в налоговой сфере и
ответственность за нее налогоплательщика должны быть определены законодателем,
так как государство наделено правом необходимого регулирования, а также принуждения.
В настоящее время пробел в законодательстве восполняется
судебной практикой. Неопределенность конкретного критерия добросовестности
входит в противоречие с принципом определенности налогового законодательства,
предусмотренного статьей 3 НК РФ, и позволяет его использовать практически в
любой спорной ситуации в сфере налогообложения.
Возложение на налогоплательщика обязанности по
установлению добросовестности своих партнеров, то есть по налоговому
администрированию, неправомерно. Кроме того, в полной мере должно применяться
положение пункта 7 статьи 3 НК РФ о презумпции добросовестности
налогоплательщика.
Ситуация, когда в налоговой сфере отсутствие закона
подменяется судебной практикой, не может быть признана приемлемой, но она
реально существует, и с ней приходится считаться.
Последнее утверждение ярко подтверждено принятым
Постановлением Пленума ВАС РФ от 14 февраля 2008 г. N 14 "О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12
марта 2007 г. N 17 "О применении Арбитражного процессуального кодекса РФ
при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся
обстоятельствам".
Еще в Определении КС РФ от 16 октября 2003 г. N 329-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной
ответственностью "Экспорт-Сервис" на нарушение конституционных прав и
свобод положениями абзаца первого пункта 4 статьи 176 НК РФ" указывалось,
что истолкование статьи 57 Конституции РФ в системной связи с другими
положениями Конституции РФ не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик
несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в
многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.
Правоприменительные органы не могут истолковывать понятие "добросовестные
налогоплательщики" как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные
обязанности, не предусмотренные законодательством.
Если добросовестность налогоплательщика не может
возлагать на него дополнительные обязанности, то как ее нужно понимать?
Некоторые ориентиры дало сообщение пресс-службы КС РФ об Определении
Конституционного Суда РФ от 8 апреля 2004 г. N 169-О. В сообщении пресс-службы КС РФ было отмечено, что "в известном смысле конституционное право,
защищая публичный интерес, ограничивает частный интерес. Эти идеи выражаются в
конституционном праве через принцип необходимости добросовестного осуществления
своих субъективных прав (ч. 3 ст. 17 Конституции РФ)... Однако, осуществляя
субъективные права, они должны учитывать, что при этом они могут выйти за рамки
собственно частных отношений и затронуть сферу публичных (фискальных) интересов.
И когда имеет место очевидное игнорирование этих интересов, может иметь место
злоупотребление предоставленными субъективными правами".
В сообщении содержится еще ряд существенных моментов:
указано, что "заключаемые налогоплательщиком НДС сделки не должны носить
фиктивный характер, у них должна быть вполне конкретная разумная хозяйственная
цель".
Это положение подвело теоретический фундамент под
судебную практику, согласно которой экономически нецелесообразный, убыточный
экспорт не дает права на возмещение НДС из бюджета.
В сообщении пресс-службы КС РФ также говорится, что
"при обнаружении признаков фиктивности сделок, направленности их на уход
от налогов, согласованности действий поставщиков и налогоплательщиков,
предъявляющих НДС к возмещению, необходимо выявлять, нет ли в поведении
налогоплательщика признаков недобросовестного поведения. Внешним признаком
такого поведения может служить, в частности, причинно-следственная зависимость
между бездействием поставщика, не уплатившего НДС в бюджет, и требованиями налогоплательщика
о возмещении из бюджета средств НДС. Оценка добросовестности налогоплательщика
предполагает оценку заключенных им сделок, их действительности, особенно в тех
случаях, когда они не имеют разумной деловой цели".
Эта позиция получила дальнейшее отражение в Определении
КС РФ от 4 ноября 2004 г. N 324-О, в котором указано, что отказ в праве на
налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров (работ,
услуг) не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности
по уплате налога на добавленную стоимость в бюджет в денежной форме. Таким
образом, указание КС РФ на связь права на возмещение из бюджета НДС с его
уплатой в бюджет поставщиком приходит в прямое противоречие с ранее высказанной
позицией КС РФ, данной в Определении от 16 октября 2003 г. N 329-.
Первая полуофициальная попытка определить критерий
добросовестности в дальнейшем получила развитие в Постановлении Пленума ВАС РФ
от 12 октября 2006 г. N 53. Конституционный Суд РФ, употребивший термин
"недобросовестный налогоплательщик", ни в одном из своих решений не
описал признаков этой самой недобросовестности. В Постановлении о
"недобросовестности" нет ни слова.
В итоговом варианте документа высшие арбитры пришли к
согласию: недобросовестности в налоговых отношениях не быть. Появилось новое
понятие "налоговая выгода", подразумевающее уменьшение размера
налоговой обязанности вследствие получения права на зачет, возврат налогов из
бюджета, налоговый вычет, налоговую льготу, уменьшение налоговой базы,
применение более низкой налоговой ставки.
Для подтверждения обоснованности получения налоговой
выгоды надо всего лишь представить в налоговый орган предусмотренные НК РФ,
правильно оформленные, достоверные и непротиворечивые документы в полном
объеме. Если такой гармонии в документах нет, то налоговый орган, по теперь уже
утвержденному ВАС РФ сценарию, будет доказывать необоснованность налоговой выгоды.
При этом им должны представляться относящиеся к делу, достоверные, достаточные
и взаимосвязанные доказательства.
Налогоплательщику будет довольно сложно планировать свою
деятельность и формировать доказательственную базу (в опровержение доводов
инспекции), поскольку:
- ВАС РФ оставляет открытым перечень обстоятельств, при
которых налоговая выгода может признаваться необоснованной;
- анализироваться она будет при помощи множества
оценочных понятий, вроде "разумность", "преимущественно",
"должно было быть известно", "обстоятельства, свидетельствующие
о намерениях";
- будет исследоваться не только операция, участником
которой является данный налогоплательщик, но и вся вереница операций,
следовавших и до, и после нее.
При рассмотрении спора судом особое внимание будет
уделяться таким признакам обоснованности налоговой выгоды, как наличие деловой
цели, реальность деятельности налогоплательщика, а также его осмотрительность и
осторожность в отношениях с контрагентами.
ВАС РФ указал на то, что получение налоговой выгоды не
является самостоятельной деловой целью. Это значит, что, если налогоплательщик
планирует в качестве дохода только сумму налоговой выгоды, ему будет отказано в
ее получении.
В свете разъяснения Пленума ВАС РФ ясно, что важно
внимательно выбирать себе партнеров, но не ясно, каковы пределы
"должного" выбора.
Налогоплательщику стоит обращать внимание на то, чтобы в
его деятельности не сложилась опасная совокупность обстоятельств, каждое из
которых само по себе претензий со стороны инспекции после разъяснения Пленума
ВАС вызвать не должно. По всей видимости, арсенала правовых средств,
заложенного в НК РФ, в УК РФ, включая право на иск о переквалификации сделок
(если с этим связывается изменение налоговых последствий) и право на иск о
признании сделок ничтожными по статье 169 ГК РФ, оказалось недостаточно, для
того чтобы эффективно противостоять уклонению от налогов, злостному
неисполнению налоговой обязанности, налоговому мошенничеству.
Стоит дополнительно рассмотреть вопрос о должной
осмотрительности налогоплательщика при совершении им хозяйственных операций.
В своих письмах и постановлениях ВАС РФ затрагивает эту
тему, когда указывает, что налогоплательщику были известны негативные
результаты налоговых проверок его поставщиков, тем не менее он продолжил
совершать сделки с ними. Поэтому, заключает ВАС РФ, выводы судов о том, что
противоправные действия, совершенные третьими лицами, не могут служить
доказательствами недобросовестности экспортера, ошибочны.
В целом комментарий был сделан правильно, но, во-первых,
не учтены некоторые положения статьи 9 Федерального конституционного закона от
28 апреля 1995 г. N 1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской
Федерации" в части того, что Высший Арбитражный Суд РФ разрешает
экономические споры и иные дела, рассматриваемые арбитражными судами, вправе
обобщать и разъяснять практику, но не вправе самостоятельно создавать норму
права; во-вторых, в соответствии с Конституцией РФ (Основным законом)
"законы, устанавливающие новые налоги или ухудшающие положение
налогоплательщиков, обратной силы не имеют". Таким образом, если бы был
принят Закон в соответствии с требованиями законодательства от октября 2006 г. (постановление Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 г. N 53), то его положения, явно ухудшающие
положение "недобросовестных" налогоплательщиков, начали бы
применяться к правоотношениям с 1 января 2007 г. На практике арбитражные суды начали применять эти положения ко всем правоотношениям, охваченным налоговыми
проверками и в 2002, и в 2006 гг., а налоговые службы стараются расширить
указанные толкования.
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13
|