Таким образом, слово OMNIS, существующее только в итальянском языке (и в сардинском), ср. ogni (< onni, onne), сардинский dorzi, CUNCTI не оставило следов. Пара IECORE: FICATO, в свою очередь, представляет нам случай, когда слово сохранилось во всех романских языках. Ср.: исп. hнgado, португ. figado, итал. fйgato, фр. foie, рум. (с изменением ударения) ficбt.
Иногда два слова исчезают (или почти исчезают), например:
APER : SALVATICUS PORCUS
APER больше не существует в романских языках (но в немецком Eber, в древнескандинавском jofurr), и парафраза не сохранилась, иберо-романский язык заимствовал арабское слово (jabalн); галло-романский язык заменил на прилагательное SALVATICUS (вместо SILVATICUS) другое прилагательное: SINGULARIS, откуда произошло слово sanglier (кабан), также итал. cinghiale. Сардинский язык - это единственный язык, в котором сохранились слова в сложной форме porkavru<PORCUS+APER.
Как видно из этих нескольких примеров (и тех, которые будут представлены в дальнейшем), данные глоссы можно использовать для исследований в лингвистической географии. В данном примере два слова сохранились:
DENSE : SPISSE
Первое слово является наречием (рум. adesea «часто»), а второе - существует в итальянском языке (spesso «часто») и во французском йpais «чаща» (<espies<SPISSUM). Таким образом, глоссарий Рейхенау поддается также семантическим исследованиям: два слова в румынском и итальянском языках являются репрезентацией релевантного признака «темпоральности» (temporalitй), в то время как в галло-романском языке сохранился признак «пространственности» (dimensionalitй) для йpais; французское dense (плотный, густой) - слово, заимствованное из латинского языка (XIII век, из лат. DENSU(M)).
Данный глоссарий представляет собой богатый материал для диахронической семантики и романской диалектологии. До этого мы приводили случаи, где интерпретирующее слово существует только в одном языке, между тем приведем другой пример:
ARENAM : SABULO
UVAS : RACEMOS
Что касается итало- и иберо-романских языков, то здесь нет необходимости интерпретировать два слова, которые всегда были в итальянском и испанском arena, итал. uve, исп. uvas. Но галло-романской области, которая не знала их, нужно было найти им синонимы. Сравните: фр. sable, raisins, кат. raпms. (балканский латинский язык потерял здесь интерпретируемое и интерпретирующее слова, ср. рум. nisip «sable» и рум. strugur «raisin»).
Можно привести в пример и другие слова: CASEUM, истолкованное как FORMATICUM. Последнее слово исключено из испанского и португальского языков, где CASEUM существует в форме queso и queijo, и в балкано-романском языке, который использует одно слово, заимствованное из мертвого балканского языка, ср. рум. brоnzг. И наконец, в галло-романском языке это слово дано во фр. fromage «сыр» (с метатезой: form->from-), ср. также кат. formatge и итал. formaggio.
Среди интерпретируемых слов обнаруживается некоторое количество слов германского происхождения, которые с помощью латинского языка точно определяют происхождение нашего глоссария северной галло-романской области, занятой франками:
GALEA : HELMAS
PIGNUS : WADIUS
OCREAS : HUSAS
TURMAS : FULCOS
CASTRO : HERIBERGO
Для HELMU(M) > фр. heaume «шлем», ср. среднескандинавский hialmr, для WADIU(M) > фр. gage «заклад», ср. норвежский vedde, шведский slе vad «parier» (держать пари); для OCREAS (f. acc. pl.), которое означает «jambart( s) (пуножи), chaussure (обувь) или armure (оружие из металла, которое покрывает переднюю часть ноги)», интерпретируемое слово имеет в старофранцузском форму huese, ср. производное houseau(x). Латинизированное германское слово FULCOS соответствует норвежскому folk и имеет значение TURMA(S) «кавалерия» (кавалерия состояла сначала из 30 мужчин, потом из 32); в перен. «troupe, bataillon; foule, grand nombre» (труппа, батальон, толпа, большое количество). В этом переносном значении употребляется германское слово в St. Lйger, 22, где речь идет об епископе Эрвине:
Cum fulc en aut grand adunat
Lo regne prest a devastar.
(`Lorsgu'il eut rйuni une grande armйe,
il commenзa а ravager le royaume.')
В старофранцузском языке folc, fouc означало «troupeau» (стадо). Другое германское слово (франсийское), такое как BRUNIA (ср. норв. brynje), интерпретирующее TORAX, HERIBERGO, интерпретирующее CASTRO; последнее германское слово еще не имело современного смысла «auberge (гостиница), logis (жилище)», но всегда означало «fort (сильный), forteresse (крепость), camp militaire (военный лагерь), а литературно; место, защищающее армию». Ср. франкский язык haribergon «дать жилье, предоставить жилье».
Несколько латинизированных кельтских слов фигурирует также среди интерпретантов. Например: BERBICES, заменяющее OVES, ср. фр. brebis (овца), рум. berbec(e) «bouc (баран), bйlier (овен)». С суффиксом - ARIUS в BERBICARIUS ср. фр. berger, заменяющее слово OPILIO, -ONIS, вышедшее из употребления, ср. наш глоссарий:
OPILIO CUSTOS OVIUM . L. (=VEL) BERBICARIUS
Тем не менее в иберо-романском языке сохранилось латинское слово с уменьшительным суффиксом: OVICULA > исп. oveja, порт. оvelha. Но в галльском слове, дошедшем до Сардинии, его нет. Например, vervйse: «ar vervйse e as krбЂasa a dde nуtte ddas fъrriana a hoile», то есть: «овцы и козы, ночью их стригут в овчарне» (цит. M.L. Wagner, La lingua sarda, p. 378, с итальянским переводом: «di notte rinchiudono le pecore e le capre nel recindo»). Следовательно, здесь можно отметить метатезу в сардинском языке: CAPRAS>krabas + a paragogique.ерпретированное слово, вышедшее иmm
Рассмотрим другое очень распространенное латинизированное кельтское слово CARPENTARIUS, множественное число которого CARPENTARII переводится в данном глоссарии ABGETARII «рабочие, которые работают с сосной» (ABIES); слово перешло в другие западно-романские языки: фр. charpentier, португ. carpinteiro, ит. carpentierе, исп. carpintero. Первоначальное значение CARPENTARIUS было «charron» (каретник, тележник).
Галло-романское происхождение рассматриваемого нами глоссария доказывает глагол DONARE:
PREBENS: DONANS
DA: DONA
Только французский и каталанский языки знают образование DONARE (>donner (давать)). В других романских языках сохраняется латинское DARE (исп. и португ. dar, ит. dare, а также donare «преподносить в дар», рум. (а) da). К тому же, только в галло-романском, испанском и португальском языках есть слово INTRALTA > фр. Entrailles (внутренности), исп. entraсas (внутренности), португ. entranhas, интерпретирующее лат. VISCERA.
Каковы факторы, которые определили географическое разделение латинского вокабуляра, исчезновение некоторых лексем, изменения значения или сохранения его в некоторых других? Ученые-лингвисты выделяют такие экстралингвистические факторы (политическая и социальная история, уровень технической и литературной культуры) и имманентные, т.е. собственно лингвистические.
Таким образом, так как в данном глоссарии глагол NERE (NEO, NEVI, NETUN) заменен на FILARE (от FILUS «сын»), что является необходимостью для создания экспрессивности, то именно этим и объясняется замена глагола, но также здесь наблюдаем недостаток фонической сути слова (NEO, NES, NET), а также возможность в появлении омонимии, что «представляет опасность» для означаемого этого глагола. К этому же типу принадлежит FLERE (FLEO, -EVI, -ETUM), исчезнувшее навсегда из романских языков, как и его синоним LUGЗRE. В Рейхенауских глоссах появляется глагол, который заменяется двумя другими:
LUXIT : FLEVIT PLORAVIT
Здесь необходимость в экспрессивности может быть представлена глаголом PLORARE, обозначающим вначале «обильно плакать». Ср. фр. pleurer (плакать), исп. llorar, порт. chorar, итальянский и румынский языки сохранили лат. PLANGERE, ср. ит. piangere, рум. а plоnge.
Известно, что лексика языка структурирована, т. е. каждая лексема определена в нём системой оппозиций, часть которой они составляют. Эти оппозиции не статичны, они подвержены динамике, что объясняется фонетической эволюцией языка, а также экстралингвистическими изменениями. В глоссах Рейхенау мы находим:
FEMUR : СОХА
Латинское FEMUR (FEMUS) обозначало «бедро (внешняя часть бедра)», тогда как СОХА обозначало «кость бедра». Возникает вопрос: как получилось так, что СОХА от обозначения верхней части конечности дошло до FEMUR (FEMUS)? В глоссах Рейхенау дается решение этой проблемы, в результате чего мы встречаем:
STERCORA : FEMUR
Множественное число STERCORA от STERCUS обозначало «экскременты, помёт, навоз». Его синоним FEMUS и его генитив FIMI был заменён на FEMORIS по аналогии с STERCORIS. Но возникшая в результате этого омонимия делала неупотребительными слово FEMUR в значении «верхняя часть конечности» и лексему, обозначающую смежную часть «кость бедра» - СОХА >фр. cuisse, ит. coscia, рум. coapsa. Во французском языке «клетка оставленная пустой», от слова СОХА была заменена словом германского происхождения hanche «бедро, ляжка» (в рум. на s?ld, в исп. на cadera).
Нечто подобное могло произойти с латинским словом CRUS, обозначающим часть конечности между коленом и стопой. В данных глоссах мы находим:
CRURA : TIBIA
Нужно отметить, что слово n. pl. CRURA было взято для женского рода, так как им заменяли TIBIA f. sg., обозначающее «передняя кость ноги». Возможно, что частичная омонимия CRUOR, - ORIS с CRUS, - URIS смогла вытеснить последнее. В этом случае слово греческого происхождения кбмрЮ, которое появилось в итало- и галло-романском языках, ср. ит. gamba, фр. jambe «нога», тогда как испанский и португальский языки приспособили для обозначения ноги (jambe) слово, которое по происхождению обозначало «ветчина» («jambon»), ср. лат. PERNARIUS «продавец ветчины». Слово, переведённое в глоссах - TIBIA - стало во фр. tige (голенище), оно употребляется в своей первоначальной форме с латинским значением «передняя кость ноги», но нигде его нет со значением «jambe».
Интересно отметить, что много слов, которые не принадлежали к галло-романскому вокабуляру, были введены во французский язык позднее (с XII и XIII вв., особенно во время эпохи Возрождения, но также и в следующие эпохи, в научной (латинской) форме). Таким образом, слово LITUS (ср. ит.lido) переведено как RIPA (фр.rive «берег») и фр. Littoral «побережье» засвидетельствовано только в 1803 году; ONERATI было передано словом CARCATI, ср.фр. chargйs, но ONUS и его производные существуют как научные слова: exonйrer, exonйration (1552).
Поскольку Рейхенауские глоссы являются ценным документом для развития различных лексических исследований, он не менее достоверен, чтобы служить и для очень важных грамматических изысканий. Таким образом, видна тенденция оформить глаголы, устранить, например, те, в которых перфект был редуплицирован, заменяя их на эффективные глаголы или перифразы; тенденция заменять глаголы, такие как gignere на generare и diligere на amare.
Рейхенауские глоссы
Inf. class.
|
Parfait class.
|
Parfait roman
|
Inf. class. et roman
|
|
CANERE
PARERE
GIGNERE
DILIGERE
|
CECINI
PEPERIT
GENUIT
DILEXIT
|
CANTAVI
INFANTEM HABUIT
GENERAVIT
AMAVIT
|
CANTARE
INFANTEM HABERE
GENERARE
AMARE
|
|
|
Та же регулирующая тенденция очевидна и для les participes passes. Например: SEPULTA от SEPELIRE заменено на SEPELITA, по аналогии с 4-м спряжением;
AUDIRE AUDIVI AUDITUM
SEPELIRE SEPELIVI SEPELITUM (ср.SEPULTUM)
Встречается слово ESUM (от EDERE), истолкованное как COMMESTUM и MANDUCATUM. Последнее осталось во французском, каталанском, итальянском и румынском языках: mangй, menjat, mangiato, mоncat, тогда как COMMESTUM с изменением суффикса -ITUM существует в испанском и португальском языках в форме comido (от comer), а также во французском научном языке comestible «съедобный» (XIV в.). Слово PES, истолкованное как PEDIS, во французском научном языке - un nominatif доказывает эффект аналогии в 3-м склонении, где неравносложные слова берут за образец равносложные:
Latin classique
|
Lat. postclass. («vulgaire»)
|
|
Parisyllabique
|
Imparisyllabique
|
Parisyllabique
|
|
Nom. CIVIS
|
PES>
|
PEDIS
|
|
Gen. CIVIS
|
PEDIS
|
PEDIS
|
|
|
Ср. также nominatifs vulg. MONTIS, PONTIS для классических MONS, PONS.
Другая морфологическая черта, которая показывает эволюцию постклассической латыни, - это замена аналитических форм степеней сравнения общего романского языка синтетическими формами, которая наблюдается в данных глоссах:
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7
|