Во-вторых,
религиозная концепция бессмертия ориентировала сознание людей лишь в
направлении потусторонней, посмертной, загробной жизни, т. е. того, что я
называю иллюзорным потенциальным бессмертием. Земную жизнь религия обычно
рассматривала как нечто весьма зыбкое, быстропреходящее, временное, лишь в
аспекте ее конечности, (малости, ничтожности).
В-третьих,
невыясненность проблем актуальной бесконечности в математике и споры математиков
по поводу существования/несуществования актуальной бесконечности отрицательно
сказывались на разработке проблем актуального бессмертия.
Понимание
бессмертия только как потенциального ущербно. Ведь что получается? Моя смертная
жизнь здесь, в настоящем, а моя бессмертная жизнь — там, в будущем, после моей
смерти. Это разделение настоящей жизни и посмертного бессмертия мало чем
отличается от христианского разделения земной жизни и бессмертной жизни души за
гробом. Д. Дидро, имея в виду именно такое понимание бессмертия, писал:
“потомство для философов — это потусторонний мир для верующего”. В журнале
“Крокодил” по поводу такого понимания бессмертия горькая шутка: “бессмертие
плохо тем, что оно приходит посмертно”. Человеку мало бессмертия потом. Ему подавай
его сейчас, в этой жизни или вообще не говори о нем, молчи.
* * *
Актуальное
бессмертие есть не что иное, как опосредствование конечного бесконечным,
преходящего вечным. Оно может быть большим или меньшим в зависимости от глубины
опосредствования. А она зависит от человека. В.Г. Белинский об этом хорошо
сказал: “Жить — значит чувствовать и мыслить, страдать и блаженствовать; всякая
другая жизнь — смерть. И чем больше содержания объемлет собою наше чувство и
мысль, чем сильнее и глубже наша способность страдать и блаженствовать, тем мы
больше живем: мгновение такой жизни существеннее ста лет, проведенных в
апатической дремоте, в мелких действиях и ничтожных целях”.
Время
имеет для человека разную ценность, разную степень глубины. Чем больше человек
делает и чем более важные события в его жизни происходят, тем острее, глубже
ощущение им каждого мгновения жизни, тем интенсивнее протекает его
жизнь. О том, что время есть нечто резиновое, растягивающееся или
сжимающееся, люди знали, догадывались давно. Сенека писал: “Жизнь долга, если
она полна... Будем измерять ее поступками, а не временем”. Немецкая поговорка
гласит: “трудолюбие из одного дня два делает”.
Известен
феномен резинового времени. В. Демидов пишет:
“Если восприятие длины отрезка времени
действительно зависит от того, сколько “опорных точек” сохранилось в памяти,
становится понятным и такой парадокс: старики жалуются, что жизнь промелькнула,
как миг, а детям все кажется, что годы тянутся слишком медленно (...)” Для
ребенка “каждый прожитый час открывает нечто неизведанное, любопытное. Память
отмечает новые факты, — вот и ощущение медленного хода времени. А взрослый
человек с устоявшимся бытом и привычками, в его жизни дни похожи друг на друга,
а значит, нет информационно ценных обстоятельств, зацепок для воспоминаний, так
что время субъективно ускоряет свой бег.
Мера информации — это мера неожиданности
сообщения. Его нетривиальность”. (Демидов В. Время, хранимое как драгоценность.
М., 1977).
Да,
именно новизна является тем фактором, благодаря которому интенсифицируется
жизнь человека. Она — мера актуального бессмертия. Чем больше новизны в жизни
человека, тем больше она длится. Особенно ценна та новизна, которая рождается в
актах любви и творчества. Ценна тем, что это не новизна ради новизны. Новизна в
любви и творчестве созидательна, ведет к новой новизне, раздвигает границы
жизни не только актуально, но и потенциально (порождает как актуальное
бессмертие, так и потенциальное).
Нужно
жить так, чтобы день ощущался как год, а год как жизнь.
Выше
была рассмотрена взаимосвязь смертности и бессмертия в общем плане,
безотносительно к конкретным срокам индивидуального существования человека.
Здесь, однако, есть еще один вопрос, который обычно упускается философами из
вида и лишь в последнее время привлек их внимание. Речь идет о проблеме
активного долголетия. Осознав, что конечность бытия есть нечто неизбежное, люди
стали думать над тем, а нельзя ли расширить границы своего конечного бытия,
нельзя ли продлить молодость, жизнь и т. д. Вспомним гётевское:
“Остановись, мгновенье, ты прекрасно!” Это, конечно, мечта. Но почему мечту
нельзя спустить на землю, оформить в виде конкретной цели, чтобы хоть в
какой-то мере она приближала нас к мечте?! Некоторые размышляют так: если мы
смертны, рано или поздно умрем, то зачем нам еще заботиться о продлении жизни,
о каких-то лишних годах жизни и вообще, какое крохоборство считать годы,
стремиться прожить как можно дольше несмотря на дряхлость, немощь и т. д.
Таким людям все равно, сколько жить: сорок или восемьдесят лет. Действительно,
есть такой тип людей. Это, как правило, короткожители. Они психологически не
настроены на долгую жизнь, на то, чтобы специально заботиться о ее длении.
Большинство же людей стремится не просто жить, а жить возможно дольше. И это
нормально.
Вообще
среди реальных противоречий жизни существует и это: антитеза коротколетия и
долголетия. Весьма примечателен спор двух выдающихся писателей — 32-летнего
Карела Чапека и 65-летнего Бернарда Шоу. Последний написал философскую драму
“Назад к Мафусаилу”, прославлявшую долгожительство. Карел Чапек возразил ему комедией
“Средство Макропулоса”. Бернард Шоу дожил до 94-х лет. Карел Чапек — всего до
48-и. Эти писатели своей жизнью продемонстрировали антитезу коротколетия и
долголетия.
Проблема
долголетия не сводима ни к проблеме продолжения рода, ни к проблеме творческого
бессмертия. Не случайно пишущие на тему о смертности и бессмертии, как правило,
игнорируют эту проблему и даже выставляют ее в односторонне негативном свете. И
на это есть свои причины. В чистом виде стремление к долголетию, к возможно
большему длению жизни превращается в пустое стремление прибавить годы к жизни,
а не жизнь к годам.
Как
есть короткожители, которым все равно сколько жить, так есть и фанаты-долгожители, которые стремление жить возможно дольше
превратили в самоцель. Об этой крайности в поведении людей говорят примеры долголетнего
прозябания, «дрожания», такие как описанные в мировой литературе 100-летняя
жизнь премудрого пескаря из сказки М.Е. Салтыкова-Щедрина или такая же
долгая жизнь Тимоти Форсайта из «Саги о Форсайтах» Д. Голсуорси.
Антитеза
коротколетия и долголетия чаще всего выражается именно в этом противопоставлении
качества и количества жизни. Одни готовы пожертвовать или
жертвуют количеством жизни во имя ее качества, а другие, напротив, готовы
пожертвовать или жертвуют качеством жизни во имя ее количества. Действительно,
порой возникают ситуации “или-или”. Во имя высокого качества жизни человек
может обречь себя на короткую, подобную молнии, жизнь. Такой человек — герой.
Он рискует или вынужден рисковать в исключительных обстоятельствах. Есть целые
профессии — военных, спасателей, испытателей и т. п., — в которых количество
жизни приносится в жертву ее качеству. С другой стороны, боясь риска, люди
жертвуют качеством жизни во имя ее количества. Их жизнь, хоть и долгая, но
пресная, скучная.
Стремление
к долголетию, если оно не сопровождается стремлением к достойной жизни, бессмысленно.
Долголетие ради долголетия — все равно что страсть к накопительству, к деланию
денег ради денег. Не существование ради существования, а активное,
т. е. богатое чувствами, мыслями, действиями долголетие — вот задача для
настоящего человека!
Воистину
счастливы те люди, которые умеют соединить качество и количество жизни, для
которых не существует ситуации “или-или”: прибавлять жизнь к годам или годы к
жизни.
Жить
нужно как можно дольше, во-первых, потому что человек лишь с годами накапливает
опыт, знания, умения и чем больше он живет, тем богаче и продуктивнее его опыт,
тем обширнее и глубже его знания и тем совершеннее его умения. Мудрость приходит
с годами и чем больше лет, тем мудрее человек.
Во-вторых,
нужно жить как можно дольше для того, чтобы решать большие задачи —
такие, которые выходят за рамки нескольких лет или нескольких десятков лет
жизни, которые требуют выхода за пределы обычного срока жизни. Для творческого
человека нет предела дерзанию и его, конечно, стесняют рамки конечной жизни.
В-третьих,
нужно жить как можно дольше для того, чтобы живьем передавать свой опыт
младшим поколениям, чтобы предки и потомки (прапра-...дедушки и прапра-...внуки)
имели возможность живого общения, чтобы была ситуация не смены
поколений, а умножения поколений.
* * *
Противоречие
смертности и бессмертия находит, так сказать, свое непосредственное разрешение
в борьбе за продление жизни, за активное долголетие. Проблема долголетия —
особая проблема, имеющая для человека и человечества относительно
самостоятельное значение. Она обнаруживает подвижность, условность границ между
конечностью и бесконечностью существования. Благодаря ей люди осознали, что
конечное и бесконечное не застывшие, неподвижные противоположности, что между
ними есть переходы, промежуточные звенья. Стремление к долголетию означает
переход (хотя бы маленький, частичный) от конечности к
бесконечности существования, от смертности к бессмертию, выход за рамки чисто
конечного бытия, движение в сторону бесконечного существования. Это стремление
реализуется в разных формах и на разных уровнях.
На
уровне отдельного человека решается задача так оздоровить жизнь, т. е. так
наладить здоровый образ жизни, чтобы продлить ее до максимального предела
видовой продолжительности жизни человека как представителя рода “homo sapiens”.
Этот предел по разным оценкам ученых равен 120-150 годам. На уровне
человечества решается научно-практическая задача раздвинуть рамки видовой
продолжительности человека, изменить генетическую программу оконечивания
индивидуальной жизни в сторону ее максимально возможного продления. Уже сейчас
ученые трудятся над разгадкой генетического механизма, ограничивающего видовую
продолжительность жизни человека. Безусловно, они разгадают этот механизм и
найдут способы воздействия на него в сторону значительного увеличения видовой
продолжительности жизни.
Почему
люди не мирятся с тем сроком жизни, который им отвела природа? Позволительно
ответить вопросом на вопрос: а почему, собственно, люди должны мириться с этим
сроком жизни? Разве данное конечное число лет задано природой на все времена?
Нет. Первые живые организмы на Земле существовали от деления до деления всего
каких-то несколько часов. За три с лишним миллиарда лет становления жизни этот
срок жизни отдельного организма возрос с нескольких часов до нескольких
десятков лет у высших животных и человека, т. е. примерно в 200 000 раз.
Вполне естественно предположить, что природа отнюдь не остановилась на
достигнутом сроке жизни и пойдет дальше в пролонгировании жизни. Нет никаких
оснований полагать, что 100 лет жизни заказаны человеку на все времена. Если человек
— вершина эволюции живой природы на Земле — живет в 200 000 раз больше
простейших живых организмов, то значит возможно и такое положение, когда
природа в лице человека, становясь дальше, усложняясь и совершенствуясь,
выйдет на новые рубежи продолжительности жизни — в 200 000 раз против
сегодняшних 100 лет.
Мудрый человек
предотвращает болезни, а не лечится от них.
Китайская мудрость
К сорока годам человек или сам себе
врач, или глупец.
Девиз натуральной гигиены
Не
нужно доказывать, что здоровье человека — чрезвычайно сложная, индивидуально
варьирующая, развивающаяся категория, связанная с его сущностью. И в то же
время это самая что ни на есть норма. Здоровье — норма, нормальное
состояние человеческого организма. Болезнь — отклонение от нормы, патология.
Смерть — прекращение, уничтожение нормы.
Среднестатистически
здоровье человека на 70-90 процентов зависит от образа жизни и лишь на 30-10
процентов — от других факторов (наследственности, медицины, чистой
случайности).
Здоровый
образ жизни, как правило, зависит от сознательных усилий системного характера.
Человек должен еще в молодости выработать для себя программу гармонического
развития и активного долголетия и следовать ей всю жизнь. Береги платье снову,
а честь смолоду. То же касается и здоровья.
Мы,
люди, — живые существа, часть живой природы. С другой стороны, мы не просто
продолжаем живую природу, а создали свой особый, человеческий мир и
живем по своим законам, порой наперекор живой природе, вопреки ей.
Природа заложила в нас определенный цикл развития — рождение, рост, зрелость,
старение, смерть. Мы, конечно, не можем пока изменить этот цикл, устранить из
него две стадии — старение и смерть. Но в наших силах отодвинуть наступление
старческой немощи и следующей за ней смерти. Раньше ведь как было. Человек
большей частью жил как животное и старость принимал как должное. Думал, что
старческую немощь не отменить, что если на роду написано с годами стареть,
дряхлеть, наживать болезни, тяжелеть, терять силу и т. д., так тому и
быть. Иному пожилому человеку говоришь: у Вас лишний вес, — а он в ответ: так
положено, это возрастное. Да, действительно, если жить по животному (как задано
природой), то при переходе от зрелости к старости сытая жизнь неизбежно
приводит к избыточному весу, ожирению. Теперь, однако, многие люди думают
по-другому. Они рассуждают примерно так: мы — разумные существа, много уже
знаем, понимаем и поэтому должны направлять, корректировать естественный ход жизни,
сопротивляться в отдельных случаях заданному природой. Если природа заложила в
нас постепенное снижение двигательной активности после репродуктивного периода
(20-30 лет), постепенное повышение аппетита сверх меры (вследствие понижения
чувствительности к пище), то мы должны воспрепятствовать этому: не ослаблять
двигательную активность, поддерживать ее на оптимальном уровне, питаться не в
соответствии со своим аппетитом, а с учетом расхода калорий. В самом деле,
каждый из нас, из тех, кто живет 35 и больше лет, на себе ощутил почти фатальное
снижение двигательной активности и, как следствие этого, уменьшение ловкости,
гибкости, потяжеление, появление жировых отложений, учащение и усиление
различного рода заболеваний. Каждый невольно замечал за собой, что стал больше
лениться, больше стремиться к покою, к пассивному отдыху, быстрее уставать и
т. д. и т. п. С понижением двигательной активности люди слабеют, а
слабея, быстрее устают. Усталость же приводит к желанию отдохнуть, т. е. к
еще большему снижению двигательной активности. Возникает порочный круг:
снижение двигательной активности — уставание — отдых — еще большее снижение
двигательной активности и так до смерти.
Как
мне представляется, каждый человек, если он не хочет плыть по течению жизни и
быть рабом природы, должен на определенном этапе жизни выработать для себя
программу полноценной, активной, долгой жизни. Это действительно должна быть программа,
потому что от очень многих ”вещей” зависит жизнь человека. Если кто-то думает,
что может обеспечить активное долголетие с помощью каких-то пилюль или какой-то
диеты или даже каких-то физических упражнений, тот глубоко ошибается. Нужен комплекс
мер, действий, жизненных условий. Это не обязательно только специальные меры и
действия по обеспечению долголетия, не обязательно какие-то особые жизненные
условия. Если жизнь полноценна, то она при прочих нормальных условиях будет
долгой и счастливой.
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70
|